Статьи журнала ПЛАС

29 июня 2026, 12:03

Первый летний месяц этого года запомнится целым рядом разновекторных трендов и разномасштабных событий.

Разновекторный июнь 2026-го. Пять лет стагнации? Цифровой руль как перераспределитель нала и безнала? Чего ждать от Платформы «Антидроп»? — Фото: Фотобанк: Lori

Прежде всего хотелось бы коснуться трех очевидных моментов из сегодняшней жизни нашей страны. На первый взгляд, они, естественно, не являются прямым следствием трендов финтеха и/или банковского бизнеса, хотя напрямую их касаются. Но главное – именно эти общеизвестные факторы в моменте определяют общую экономическую ситуацию, а это уже достаточная причина, чтобы не пройти мимо них в нашей «Колонке редактора».

Начнем с денег. Как отмечает Банк России в недавнем обзоре банковского сектора, средства граждан за май 2026 года сократились на 500 млрд рублей (–0,8%) после роста на 1,1 трлн рублей в апреле и составили 67,6 трлн рублей, пишет ЦБ. Остатки на текущих счетах уменьшились на 300 млрд рублей (–1,4%), на вкладах — на 200 млрд рублей –0,4%). Регулятор связывает сокращение с авансированием майских социальных выплат в апреле, а также с тратами на отпуска и праздники. Однако показательно другое — спрос на наличные сохранился. Более того, их объем в обращении вырос на 400 млрд рублей, достигнув 20,48 трлн рублей на 1 июня. Таким образом, подтверждается известный тренд — в сложные времена население тяготеет к наличным, как бы ни были развиты в стране безналичные технологии.

Второй тренд — интернет, а точнее, его перманентные отключения. Нарастающая частота инцидентов заставляет всерьез задуматься (скорее всего, задуматься слишком поздно) о том, что весьма вероятны сценарии полного отключения глобальной сети на региональном или национальном уровне. Сценария, который пока не проработан ни в одном публичном стресс-тесте российских банков и тем более в национальных масштабах развития событий. Какова реальная готовность к нему банковского сектора? Простые подсчеты показывают, что практически нулевая. А всей нашей страны?! Судя по всему, уровень аналогичный. И это уже история не про неудобства для бизнеса, а про реальную и прямую угрозу нацбезопасности…

И наконец, ГСМ. Которые планомерно пропадают из сетей АЗС уже по всей территории России. Как говорил герой известной советской кинокомедии, «доходит до смешного»: Федеральная антимонопольная служба взаимодействует с цифровыми платформами для предотвращения спекулятивных перепродаж топлива – бодро рапортует пресс-служба ведомства. Между тем 40% наших читателей, принявших участие в опросе на тему «Что даст такое взаимодействие?», уверены: с дефицитом топлива нужно бороться, используя ПВО и самые решительные меры против идиотов, которые выкладывают «фотки» и «видосики» в свои каналы, а не блокировку объявлений спекулянтов-мародеров (которые, конечно, блокировать в любом случае следует).

А теперь перейдем к обобщениям на уровне экономики страны.

ПМЭФ-2026: впереди пятилетка стагнации?

В начале июня Александр Лосев, член президиума Совета по внешней и оборонной политике РФ, выступил на Соловьев LIVE, где с ведущим передачи Сергеем Марданом обсудил значение ПМЭФ-2026 для экономики России. Учитывая вопрос, который послужил рефреном для беседы: «Так как же мы будем выходить на траекторию роста, создавать экономику, которая выстоит в условиях давления?», итоги мероприятия оптимизма не внушают по целому ряду причин.

Во-первых, эксперт отметил то, о чем так много и всерьез говорилось на ПМЭФ-2026, а именно – колоссальные риски попадания российского рынка в депрессию. Ситуация для РФ складывается хуже, чем 35 лет назад при старте процесса глобализации. Как минимум потому, что вернуться к прежним объемам инвестиций сегодня невозможно.

На этом фоне ЦБ предписывает еще целый год жесткой денежно-инвестиционной политики. Исходя из этих планов, можно прогнозировать: ближайшие инвестиции могут появиться в лучшем случае в 2027–2028 гг. Таким образом, учитывая стандартные сроки окупаемости инвестиций пять лет, впереди нас ждет (согласно этому, кстати, еще далеко не самому пессимистичному, прогнозу) целая пятилетка стагнации.

Одновременно с этим хребет экономики России – частный бизнес – в отсутствие доступа к финансированию испытывает падение спроса по всем секторам. Самый простой пример – в стране упало потребление овощей, за исключением картофеля и капусты, – это наглядный и очень тревожный показатель.

Несмотря на это, ПМЭФ как площадка продолжает оставаться даже в нынешних условиях реальной возможностью для огромного количества предприятий и институтов, находящихся в состоянии выживания, удержаться на плаву и сохранить сотни тысяч рабочих мест. Все они пытаются развиваться вопреки конъюнктуре – главным образом получая финансирование от государства, по той причине, что сегодня больше его практически неоткуда получить. На этой масштабной площадке действительно шли многочисленные рабочие встречи и происходила реальная работа. Хотя ответа на вопрос, как мы будем выходить на траекторию роста, в этом году никто так и не дал.

Альтернативная позиция – давайте вернем в РФ иностранный бизнес, который «все нам наладит». Сегодня она выглядит уже не столько наивно, сколько бредово. Тем более что своими технологиями с нами делиться никто не поспешит – ни Запад, ни Китай.

Более того, как высказался на прошедшей в июне Конференции Tech Week 2026 футуролог Руслан Юсуфов, руководитель Департамента социального прогнозирования и моделирования Института социальной архитектуры, основатель и управляющий партнер MINDSMITH, очень скоро развивающиеся страны будут бомбить уже не за реализуемые ядерные программы, а за создание собственных моделей генеративного ИИ, превышение лимита по объему вычислений, создание квантовых компьютеров и наращивание выпуска чипов. Потому что развитые государства будут видеть в этом угрозу собственной национальной безопасности.

Проеденный рост?

Похожее мнение на так давно высказал и Алексей Бобровский, экономический обозреватель и политолог. По его мнению, российский бизнес долгое время исходил из ошибочного постулата о том, что экономический рост, который мы наблюдали в 2023 году и в начале 2024-го, был реальным ростом. На самом же деле мы имели дело с инфляционным ростом, на который в результате неверной оценки наложилось «проедание» будущего реального роста, результаты чего мы сегодня и наблюдаем.

Иными словами, искусственная девальвация рубля и медленный, но неотвратимый рост ключевой ставки, на которые делал тогда ставку Банк России, нанесли по экономике двойной или даже тройной удар «сверху». Население замечало, что кредиты дорожают, а покупательная способность рубля, напротив, снижается. В итоге, по словам эксперта, все дружно побежали занимать деньги и покупать в кредит все, что нужно или хотя бы может пригодиться впоследствии. И когда они уже закупились, что называется, на всю следующую жизнь, оказалось, что ситуация «немножко другая». Процентные ставки неожиданно выросли, а потом вдруг укрепился рубль, и население вместе с рынком только сейчас начинает потихоньку признавать ту реальность, которая есть и была на самом деле.

Снижение ключевой ставки – «возможны паузы»?

Между тем 19 июня Банк России принял решение снова снизить ключевую ставку – с 14,5% до 14,25% – применив «ювелирный» шаг 25 б. п.п. впервые с лета 2020 года. Таким образом, предварительный запрос Российского союза промышленников и предпринимателей (РСПП), который в тот же день ратовал за решение снизить ключевую ставку на 1 процентный пункт, с 14,5% до 13,5% годовых, был отчасти выполнен, но не в полной мере. Как заявил тогда президент РСПП Александр Шохин, чтобы экономика не «замерзла» окончательно, бизнесу нужна не оттепель, а летнее тепло.

В свою очередь глава ЦБ Эльвира Набиуллина, комментируя решение о снижении ключевой ставки, заявила, что устойчивая инфляция замедлилась до 4–5% в пересчете на год, однако баланс рисков сместился в сторону проинфляционных. Она отметила, что ускорение кредитования и повышенный бюджетный импульс требуют особого внимания, а дальнейшее снижение ключевой ставки не предопределено — возможны паузы.

Итак, шаг в четверть п.п. оказался более сдержанным, чем ожидал рынок, считает значительное число экспертов. Несмотря на отдельные признаки замедления инфляции и нормализацию спроса, сохраняются повышенные инфляционные ожидания и бюджетные риски. В этих условиях решение регулятора — это скорее попытка оправдать свое нежелание отойти от сомнительного сценария, чем ускорение «процесса смягчения».

Цифровой рубль – ожидаем перераспределения использования наличных и безналичных денег?

Тем временем картина с цифровым рублем, массовое внедрение которого запланировано на сентябрь 2026 года, продолжает обрастать новыми деталями. Так, в июне глава ФГУП «Гознак» Аркадий Трачук заявил, что ЦР (несмотря на несколько иные утверждения в недалеком прошлом отдельных идеологов цифрового рубля со стороны регулятора. – Ред.) приведет к перераспределению использования наличных и безналичных денег. При этом он отметил, что компания пока не может оценить реальное влияние новой формы валюты, например, на объем заказываемых банкнот.

Что же касается непосредственного участия в самой инициативе, то Гознак видит для себя два направления работы в связи с ЦР. Первое — это смарт-контракты на платформе цифрового рубля – платформа позволяет заключать и реализовывать смарт-контракты, а Гознак отвечает за эксплуатацию ряда государственных информационных систем. Второе направление — создание точки подключения к платформе цифрового рубля по принципу «инфраструктура как сервис» на базе собственных дата-центров Гознака.

Напомним, что ключевая, по изначальной задумке инициаторов, функция цифрового рубля, а именно – трансграничные расчеты – по-прежнему остается под большим вопросом, если не выразиться более определенно. Так, например, с 24 мая в Евросоюзе начали действовать ограничения на операции с цифровым рублем. Запрет включен в 20-й пакет антироссийских санкций и распространяется не только на новую форму российской национальной валюты, но и на отдельные цифровые финансовые инструменты, связанные с рублем. Под ограничения также попадает цифровой финансовый актив RUBx. Кроме того, в санкционный перечень ЕС ранее были внесены операции с рублевым стейблкоином A7A5: напомним – запрет на них действует с 25 ноября 2025 года.

Платформа «Антидроп» – борьба с дроппингом переходит на платформенный уровень?

Борьба с дропами продолжается. И, как любая масштабная инициатива, она требует новых системных решений. Одним из них является создание единой цифровой Платформы «Антидроп», инициированное Службой финансового мониторинга ЦБ РФ.

С этой целью регулятор анонсировал проект нового Федерального закона по «Платформе Антидроп» и принципы его реализации банками. Законопроект направлен на повышение эффективности противолегализационных процедур банков при проведении высокорисковых операций физических лиц с использованием своих банковских счетов (вкладов) и/или электронных средств платежа. На практике это означает введение механизмов по выявлению и пресечению подозрительных операций клиентов – физических лиц по аналогии с механизмами Платформы Банка России «Знай своего клиента» (ЗСК), действующей с 2024 года в отношении юридических лиц и индивидуальных предпринимателей.

При этом механизмы «Платформы Антидроп» отличаются от Платформы ЗСК. Ключевой момент – если последняя предписывает вводить ограничения на возможность проведения клиентом операций, за исключением отдельных видов обязательных платежей, то «Платформа Антидроп» направлена на лимитирование зачислений денежных средств на счета и карты подозрительных клиентов без применения ограничительных мер на их расходование.

Основным идентификатором физлица в рамках «Платформы Антидроп» будет являться ИНН, наличие которого необходимо будет обеспечить на всех этапах проведения платежей. Важно отметить, что требование об обязательности сбора, фиксирования и хранения данных об ИНН при идентификации и обновлении сведений о клиентах планируется к вступлению в силу уже с 01 сентября 2026 года. В свою очередь контроль сумм денежных средств, вносимых наличными и поступающих безналичным путем на счета и ЭДС банковских клиентов, потребует от банков соответствующих доработок в своих ИТ-системах.

Смарт-часы и не только – НСПК продвигает интернет-независимые решения?

Прошедшая ХV Технологическая конференция, организованная НСПК для банков, процессингов, вендоров и партнеров, показала, что даже в условиях, когда на рынке работает только одна платежная система, технологическое и функциональное развитие не только не исключается, но и становится нормой. Особенно показательными в этом плане стали новые продукты НСПК. Первый из них – сервис для оплаты смарт-часами – планируется запустить уже во второй половине 2026 года. В настоящее время идет тестирование технологии токенизации на чип носимого устройства: кольца, браслета или брелока. Важно, что оплата такими устройствами будет доступна и в случае отсутствия интернета у пользователей.

Что же касается линейки карточных продуктов «Мир», то ее ожидает принципиально важное обновление – в НСПК запускают новый продукт для сегмента private banking – Mir Ultra. Одно из его ключевых преимуществ – самый высокий IRF в линейке платежной системы «Мир» – до 2,5%. У банков он появится в четвертом квартале 2026 года и будет доступен для любых форм-факторов (карта, кольцо и т. д.) и вариантов дизайна.

Эти и другие, не менее актуальные вопросы будут обсуждаться на ПЛАС-Форумах 2026 года!