Цифровые финансовые активы обычно воспринимаются как аналоги облигаций или инструментов секьюритизации. Цифровая форма может решать и другую задачу: переводить существующие подтвержденные обязательства в обращаемую форму. Такой процесс можно определить как трансформацию обязательств в ЦФА. Результатом становится окончательная фиксация долга в цифровой среде и возможность его обращения на платформе. Подробнее об этом порталу PLUSworld рассказывает управляющий ООО «Зайтенберг» Александр Богданов.
В экономике постоянно возникают подтвержденные обязательства: оплата поставки, признанный долг по судебному решению, возврат налога. Они документально подтверждены, но до момента исполнения остаются «замороженными» — исключены из оборота и не могут использоваться как ликвидные активы.
На примере концепции Коммерческих денежных требований (ЦФА КДТ) было показано, как обязательство из акта поставки, акцептованное плательщиком, может стать безусловным цифровым финансовым активом. Это обеспечивает окончательную фиксацию обязательства в цифровом реестре, доступную всем участникам и не требующую дополнительных подтверждений.
Мировая практика пока движется в сторону цифровизации процедур финансирования под право требования: это делает операции быстрее и дешевле, но не меняет их правовой природы. Российское законодательство (в первую очередь, закон № 259-ФЗ) открывает возможность пойти дальше — перевести обязательство в режим самостоятельного цифрового актива.
В отличие от цифровизации старых процессов, трансформация создает новую правовую реальность для обязательств, что и составляет предмет этой статьи.
Существующие формы фиксации обязательств — договоры, акты выполненных работ, судебные и административные решения — не создают единого стандарта и подвержены ряду ограничений.
Сегодняшние механизмы работы с долгами сталкиваются с четырьмя проблемами: задолженность остаётся замороженной; уступка права требования связана с юридическими рисками и издержками; ликвидность носит точечный характер; отсутствует универсальная цифровая форма фиксации долга Ключевая проблема — отсутствие универсальной цифровой формы окончательной фиксации долга.
Концепция трансформации в ЦФА
Трансформация в ЦФА — это перевод подтвержденного обязательства в цифровую форму, зафиксированную на платформе и признанную участниками оборота. В отличие от эмиссионных моделей, где актив возникает в результате выпуска нового инструмента, здесь основанием служит уже существующий долг, подтвержденный договором, актом, решением суда или административным актом.
Главный результат трансформации — окончательная фиксация обязательства. После выпуска в форме ЦФА обязательство фиксируется окончательно и исключает последующие споры о самом факте долга. Разногласия возможны только на стадии подтверждения. Плательщик, акцептуя выпуск, отказывается от права предъявлять возражения, связанные с первоначальной сделкой (качеством, объемом поставки) ко всем последующим добросовестным владельцам ЦФА, сохраняя право регресса только к Поставщику. Это придает обязательству необходимую для оборота устойчивость.
Цифровая форма придает обязательствам три ключевых свойства:
– безусловность — долг фиксируется как юридически завершённый факт;
– прозрачность — статус обязательства ясен и доступен участникам системы;
– ликвидность — обязательство может обращаться: передаваться, дисконтироваться или дробиться (сплит) без изменения исходных параметров.
Таким образом, трансформация формирует класс ЦФА, в основе которого — не привлечение капитала, а создание оборотоспособной цифровой формы для уже признанных долгов.
Возможные применения
Трансформация обязательств в ЦФА открывает возможности практического применения в разных сферах. Речь идет о переводе конкретных долгов в цифровую форму, где они приобретают свойства окончательной фиксации и предпосылки для оборотоспособности.
Трансформация может применяться в разных сферах: в бизнес-обороте (коммерческие денежные требования, аренда, лизинг, роялти), в публичных обязательствах (налоговые возвраты, судебные решения, банкротные долги), в институциональной сфере (страхование).
Во всех этих случаях трансформация снижает транзакционные издержки на подтверждение, учет и передачу прав требования. Цифровая фиксация заменяет собой множество разрозненных действий — нотариальное удостоверение цессии, уведомление должника, судебные споры о подлинности документов и т. д.
Эффекты и перспективы
Трансформация обязательств в ЦФА способна превращать неработающие долги в активы, которые могут обращаться в регулируемом цифровом контуре.
Для бизнеса это означает ускорение расчетов и доступ к ликвидности, снижая зависимость от банковских кредитов. Для финансового сектора — появление инструментов, напрямую связанных с хозяйственным оборотом, а не с абстрактными рисками. Для государства — рост прозрачности и дисциплины исполнения обязательств, снижение нагрузки на бюджет и судебную систему.
На уровне экономики в целом трансформация открывает возможность формирования вторичного рынка долгов. Это эффективный элемент инфраструктуры. Он снижает издержки обращения обязательств, повышает предсказуемость исполнения и создает новый слой финансовой системы, связанный напрямую с реальными процессами.
Международные практики и российский контекст
Мировая практика цифровизации долговых требований развивается преимущественно в логике факторинга и секьюритизации. В Китае (платформы Weiyedai), Индии (система TReDS), Бразилии (Nota Fiscal Eletrônica) и в пилотных проектах ЕС технологии используются для ускорения уступки прав требования и упрощения доступа к финансированию.
Юридически это остается цессией (гл. 24 ГК РФ) или секьюритизацией: обязательства формируются в пулы, под которые эмитируются ценные бумаги. Цифровой компонент здесь выполняет роль инструмента учета и передачи, не трансформируя правовую природу долга. По сути, это «факторинг+» или «секьюритизация+» — технологическая оптимизация существующих решений.
В отличие от этих практик, правовые нормы России создают прямые предпосылки для трансформации обязательств в ЦФА. В частности, пункт 5 статьи 3 закона № 259-ФЗ «О цифровых финансовых активах» предусматривают возможность выпуска ЦФА, удостоверяющих не только обязательства эмитента, но и иные имущественные права. Системное толкование совместно с положениями статей 128 и 141.1 ГК РФ позволяет рассматривать существующие обязательства как основу для выпуска ЦФА, наделяя их статусом самостоятельного объекта гражданских прав в новой, цифровой форме.
Таким образом, глобальные проекты в основном направлены на повышение эффективности доступа к финансированию за счет цифровизации процедур. Российское законодательство создает правовые предпосылки для возникновения качественно нового способа обращения с обязательствами. Это принципиальное различие: речь идет не о цифровом сопровождении старых инструментов, а о создании самостоятельной правовой конструкции, которой в других юрисдикциях пока нет.
Такая законодательная возможность трансформации открывает путь к качественно иным экономическим результатам по сравнению с цифровизацией традиционных процедур. Если оцифрованная цессия лишь ускоряет существующие процессы, то трансформация в ЦФА создает основу для формирования новой среды обращения обязательств. Практическое значение этого различия раскрывается через пять ключевых аспектов.
Трансформация или цифровизация процедур
Как известно, цифровизация – это усовершенствованием традиционных подходов. Она ускоряет операции, но не меняет их природу. Каждая уступка права требования — это отдельная сделка с собственными юридическими рисками и издержками. Трансформация в ЦФА строится на другой логике: обязательство после акцепта Плательщика становится самостоятельным цифровым активом, обращение которого регулируется регламентом платформы.
1. Снижение транзакционных издержек
При факторинге каждая уступка требует отдельного оформления, проверки добросовестности сторон и оценки риска оспаривания. Трансформация устраняет эти барьеры: акцепт переводит обязательство в безусловный режим, и его дальнейшее обращение не сопровождается повторными юридическими проверками.
2. Настоящая ликвидность, а не точечное финансирование
Факторинг обеспечивает деньги конкретному поставщику под конкретную сделку. Ликвидность ограничена решением отдельного финансирующего контрагента. ЦФА превращает долг в стандартизированный актив, который может обращаться на открытой платформе между множеством участников. Цена на него формируется рыночным образом через дисконт, а не определяется индивидуальной ставкой финансирования.
3. Устранение риска оспаривания
В классическом факторинге должник может оспорить уступку, ссылаясь на дефекты исполнения договора поставщиком. В трансформационной модели этот риск снимается: акцепт Плательщика и регламент платформы закрепляют отказ от подобных возражений против добросовестных владельцев ЦФА.
4. Возможность сложных операций
Факторинг ограничен передачей требования целиком. Дробление права — юридически рискованная операция. В ЦФА сплит становится технической функцией: одно обязательство можно разделить на множество частей и распределить между инвесторами. Это позволяет финансировать даже мелкие платежи в длинных цепочках поставок.
5. Системное решение, а не точечная услуга
Факторинг решает проблему одного поставщика здесь и сейчас. Трансформация создает рыночную инфраструктуру — систему обращения цифровых обязательств, где поставщики получают доступ к ликвидности, плательщики управляют своими долгами и цепочками, инвесторы работают с новым классом активов, а регулятор видит прозрачный контур исполнения.
Цифровизация — это модернизация традиционного инструмента. Трансформация в ЦФА — смена парадигмы. Она формирует новую среду обращения долгов с иными свойствами — низкими издержками, высокой ликвидностью, защищенностью от юридических рисков и возможностью сложных финансовых конфигураций.
P. S.
Трансформация обязательств в ЦФА можно рассматривать как новый класс цифровых инструментов. Здесь базой служит не привлечение капитала, а перевод уже существующего долга в цифровую форму с окончательной фиксацией его статуса.
Такой подход создаёт универсальный механизм работы с обязательствами. Они приобретают новые свойства, делающие их удобными как для участников, так и для системы в целом.
В то время как международные практики направлены на оптимизацию доступа к финансированию в рамках традиционных конструкций (цессия, секьюритизация), Российское законодательство позволяет через трансформацию создавать принципиально новый самостоятельный объект гражданских прав. Это снимает ключевые ограничения - транзакционные издержки, риск оспаривания и невозможность дробления, — формируя новую среду для обращения долгов
Тем самым трансформация в ЦФА становится направлением развития финансовой инфраструктуры. Уже сегодня ясно, что она формирует основу более прозрачной, ликвидной и устойчивой архитектуры экономических отношений.
Фото: предоставлено автором
