О трендах платежного рынка и основных технологических инновациях 2025 года рассказывает Алексей Маслов, сопредседатель Комитета по платежным системам Ассоциации банков России, председатель группы пользователей SWIFT в России, ex-член Совета директоров JCB International (Eurasia) LLC, ex-руководитель American Express в России и СНГ.
ПЛАС: Как вступление в силу закона о едином QR повлияет на объемы платежей по картам и по QR в России?
А. Маслов: Внедрение единого QR-кода в значительной степени упростит процесс оплаты, позволяя покупателям выбирать наиболее удобный способ расчета, будь то карта, мобильное приложение или сервис рассрочки. При этом я ожидаю дальнейшего увеличения количества платежей по QR-коду. Такие платежи станут более доступными благодаря увеличению количества торговых точек, принимающих платежи таким способом. Исходя из опыта других стран, например, Китая, где QR-код приобрел популярность еще в 2011 году, по мере увеличения осведомленности потребителей и доступности инфраструктуры эксперты ожидают достаточно приличный рост объема операций через QR-коды. Несмотря на удобство карты, внедрение единых QR-кодов скорее всего привести к переходу еще одной части клиентов на альтернативные способы оплаты, и многие покупатели предпочтут использовать QR-код.
Поскольку операции через QR связаны с меньшими комиссиями для торговых точек, они смогут активнее стимулировать использование именно этого метода оплаты, предлагая клиентам скидки или бонусы от торговых точек. Карточные платежи со своей стороны останутся востребованными среди определенной группы пользователей, однако доля QR-транзакций возрастет.
Через два-три года после внедрения единого QR-кода объем платежей через QR достигнет значительных показателей. Это приведет к трансформации рынка банковских услуг и потребует адаптации бизнес-моделей банков.
Внедрение единого QR-кода происходит не только в России. С 1 января 2026 года все торговые и сервисные компании Узбекистана внедрят единый QR-код для приёма электронных платежей. С 1 июля его отсутствие будет рассматриваться как нарушение правил торговли.
При этом, пример Китая показывает, что операции через QR не являются «финишной линией» в процессе развития розничных платежей. Сейчас в Китае активно развиваются платежи с использованием технологии Near Field Communication (NFC). Большинство новых моделей китайских производителей оснащены модулем NFC, что обеспечивает повсеместную совместимость с инфраструктурой бесконтактных платежей. Использование NFC стало привычным элементом повседневной жизни китайцев. От покупок продуктов питания до проезда в общественном транспорте, технология используется повсеместно. Я ожидаю дальнейшее расширение возможностей NFC-платежей в Китае, включая развитие технологий биометрической идентификации и применение искусственного интеллекта для повышения удобства и надежности транзакций.
ПЛАС: Как, на ваш взгляд, отразится на платежном рынке введение НДС на безналичные расчеты? Под действие закона попадают только карточные платежи или расчеты по QR, в том числе СБП, и по биометрии тоже?
А. Маслов: Закон предусматривает налогообложение всех видов платежей. По карточным платежам возникает необходимость учета налогов отдельно для каждой банковской операции, что увеличивает административную нагрузку на кредитные организации. QR-коды, включая систему быстрых платежей (СБП), также подлежат налогообложению, поскольку законодательство охватывает любые электронные переводы денежных средств.
Финансовые организации могут решить переложить дополнительные издержки на клиентов, что может повысить тарифы на обслуживание банковских карт и проведение онлайн-платежей.
Произойдет потеря стимулов для перехода на безналичные платежи. Некоторые потребители могут вернуться к наличному расчету, предпочитая избегать уплаты дополнительных комиссий.
Для бизнеса (торговых предприятий) это принесет повышение операционных расходов. Компании столкнутся с необходимостью модернизации программного обеспечения и технических решений для соответствия требованиям налогового законодательства.
Для точного учета налогов компаниям придется инвестировать в программное обеспечение и обучение персонала.
ПЛАС: На каких видах платежей появление цифрового рубля на рынке отразится в большей степени – на картах или на альтернативных видах платежей?
А. Маслов: Появление цифрового рубля повлияет на структуру платежей, вызывая изменение предпочтений пользователей и поведение компаний. Наибольший эффект будет наблюдаться преимущественно на альтернативных формах платежей, а не на классических платежах по пластиковым картам.
ПЛАС: Одним из важнейших трендов последнего времени стало внедрение технологий на основе ИИ, какими Вам видятся перспективы данных инноваций?
А. Маслов: Мы видим дальнейшее развитие электронной коммерции, мобильной коммерции, а теперь и переходим к агентной модели, где агенты совершают сделки от имени потребителей и предприятий. В 2026 году покупки с поддержкой искусственного интеллекта станут реальностью для всех нас. Возможность загрузки любимой карты в приложение и предоставление агенту прав на совершение покупок означает, что безопасность и конфиденциальность данных становятся критически важными. Токенизация и механизмы аутентификации обеспечат защиту информации, делая процесс безопасным и надежным. Делегирование агенту истории покупок и предпочтений позволит ему действовать в интересах пользователя.
Используя машинное обучение и алгоритмы анализа данных, агент сможет предугадать желания клиента и предложить оптимальные варианты выбора. Установленные правила и ограничения позволят контролировать траты, гарантируя соблюдение бюджета и приоритетов пользователя. Например, можно разрешить агенту покупать товары первой необходимости, но ограничить покупку предметов роскоши.
С развитием технологий искусственного интеллекта и автоматизацией процессов мы наблюдаем фундаментальное изменение роли покупателя. Вместо активного участия в процессе покупки, пользователь делегирует полномочия интеллектуальному агенту, который действует в его интересах.
Вместе с тем возникает ряд серьезных рисков, вызванных стремительным развитием технологий и возможностями их неправильного использования.
Одним из ключевых аспектов сегодняшних угроз является создание фейковых профилей. Используя современные модели искусственного интеллекта, злоумышленники научились создавать практически безупречные визуальные копии реальных людей, включая известных деятелей и топ-менеджеров крупных компаний. Это открывает широкие перспективы для проведения сложных социальных инженерных атак, направленных на похищение важной информации или доступ к личным данным клиентов.
Другое направление риска связано с возможностью автоматического анализа уязвимостей и разработки эффективных методов обхода существующих систем безопасности. Машины способны находить и эксплуатировать недостатки гораздо быстрее, чем традиционные способы, увеличивая частоту успешных атак и сокращая окно реакции на инцидент.
Отдельно стоит отметить проблему создания синтетических идентификаторов: сегодня существуют продвинутые нейросети, способные генерировать высококачественные подделки официальных документов, такие как паспорта, кредитные карты и права собственности. Благодаря этому создаются условия для нелегального вывода денежных средств, мошеннического кредитования и отмывания доходов.
Решение указанных проблем требует комплексного подхода. Во-первых, необходимо переходить на более надежные механизмы аутентификации, используя многослойные защитные барьеры, такие как двухфакторная проверка подлинности, биометрическое подтверждение личности и шифрование данных. Во-вторых, важно повысить уровень осведомленности сотрудников и клиентов о возможных видах угроз и механизмах их предотвращения.
Третье важное направление касается формирования нормативно-правового поля, которое бы регулировало сферу искусственного интеллекта и защищало персональные данные граждан. Уже сейчас правительства многих стран принимают меры по установлению строгих требований к разработке и эксплуатации систем искусственного интеллекта, обеспечивая контроль за их деятельностью и соблюдением этических принципов.
Наконец, ключевым фактором успеха станет координация усилий между представителями банковского сектора, государственными структурами и технологическими компаниями. Создавая общие площадки для обмена информацией и взаимодействия, участники рынка смогут оперативно реагировать на возникающие угрозы и предпринимать превентивные меры против возможных нападений.
Подводя итог, хочется подчеркнуть, что проблема защиты от нового поколения рисков, связанных с искусственным интеллектом, требует значительных изменений в подходах к управлению безопасностью. Но именно такая глубокая перестройка способна гарантировать устойчивость финансового сектора перед лицом растущих угроз XXI века.
ПЛАС: Стейблкоины за несколько лет превратились из экспериментального инструмента в популярный актив для миллионов пользователей и бизнеса. Как, по-Вашему, они меняют мировой финансовый ландшафт?
А. Маслов: Потенциал стейблкоинов в качестве дополнения к существующей глобальной платежной экосистеме огромен, особенно для развивающихся рынков и для трансграничных операций. Развивающиеся рынки с волатильными местными валютами и ограниченным доступом к стабильному доллару США, где стейблкоины могут служить средством сбережения. Трансграничное перемещение денежных средств для B2B-платежей, B2C-выплат и P2P-переводов, где современные решения могут быть более эффективными за счет использования технологии stablecoin. Крипто-кошельки с привязанной к ним картой получают неограниченный доступ к платежам, что позволяет потребителям покупать кофе с помощью своих стабильных монет и криптоактивов.
Фото: предоставлено автором
