Оздоровляет ли санация конкуренцию?

Чем ознаменовался для рынка первый квартал 2018 года?

Оздоровляет ли санация конкуренцию?

В конце февраля на заседании Межрегионального банковского совета при Совете Федерации спикер СФ Валентина Матвиенко заявила, что санация банковского сектора, проводимая Банком России, уже привела к снижению конкуренции за счет концентрации почти 70% активов в руках нескольких кредитных учреждений с госучастием. При этом, по ее словам, «среди десяти самых крупных банков России девять, по сути, являются государственными». Несмотря на то, что на том же заседании председатель правления Банка России Эльвира Набиуллина подчеркнула, что самый большой вред здоровой конкуренции наносит конкуренция нечестных игроков с честными, а санированные банки будут как можно скорее выводиться регулятором на рынок, в действительности проблема существует и заслуживает самого пристального внимания, и не только в разрезе отзыва лицензий.

Да, Бинбанк и «ФК Открытие» до 1 апреля 2019 года наверняка станут единой государственной кредитной структурой, как это и запланировал ЦБ. Но что с того остальным участникам рынка и потребителям, если, согласно отчету McKinsey «Мировая банковская система в 2017 году», банковская деятельность в целом сегодня уже перестала быть прибыльным направлением бизнеса? При этом в России, где экономическая ситуация осложнена целым рядом внутренних и геополитических факторов, эта тенденция проявляется особенно остро.

Трудно не согласиться с мнением ряда авторитетных экспертов, что особую роль среди других негативных факторов начинает играть регулятивный пресс. Действительно, на фоне резко снизившейся маржи и высокой себестоимости транзакций зарегулированность банковского сектора ощущается его участниками все более болезненно. При этом гарантированно выживут в условиях острой недостаточности фондирования лишь те игроки, которые «исторически» располагают дешевыми финансовыми ресурсами. И это, как нетрудно догадаться, все те же банки с госучастием. Здесь и Сбербанк, традиционно обслуживающий впечатляющий по своим масштабам пенсионный поток, и другие структуры, имеющие легкий доступ к средствам из госбюджета. Свободных же частных капиталов в банковском секторе остается все меньше, и такое положение вещей не только не оздоровляет конкуренцию, но и  просто заставляет про нее забыть. Причем надо понимать, что в преддверии президентских выборов делалось все, чтобы данная проблема была как можно менее ощутима. Но есть ли гарантии, что теперь, после выборов, она не напомнит о себе с новой силой? Тем более что государственный бюджет также не безграничен.

4

Суверенная цифровая валюта – первая ласточка?

На этом фоне у многих вызывает удивление тот факт, что активность госрегуляторов финансового сектора сегодня проявляется порой в таких далеких от реальных проблем направлениях, как криптовалюта, которую сейчас активно пытаются «регулировать». Несмотря на то, что в нынешнем своем виде она успела себя самым серьезным образом скомпрометировать, а кухонный «майнинг» стал полноправным элементом карикатур и анекдотов.

Между тем поиск альтернатив в современной несовершенной денежной системе обусловлен вполне объективными моментами, далекими от сиюминутных спекулятивных манипуляций с биткоином. Принципы современной денежной системы не менялись с 1970-х годов: центральные банки фактически «ничем не управляют», поскольку до 97% обращающейся денежной массы в безналичной форме эмитируют сами коммерческие банки. Отсюда – периодические кризисы, свидетелями одного из которых мы и являемся в настоящее время. Именно поэтому наряду с такими популистскими шагами, как недавний выпуск Банком Литвы первой в мире коллекционной криптомонеты, интерес центробанков многих стран к возможности выпуска суверенной валюты не только в виде наличных, но и в безналичной форме продолжает расти. И с этой точки зрения запланированный на 20 марта запуск Венесуэлой своей национальной криптовалюты El Petro, обеспечиваемой нефтяными ресурсами страны и призванной помочь ей преодолеть финансовую блокаду, выглядит отчаянным, но, возможно, единственно правильным шагом. В отличие от биткоинов, цифровая форма суверенной валюты является гораздо более безрисковой. Она контролируется единым эмитентом – государством и может быть обеспечена тем или иным его материальным ресурсом. Неслучайно еще 21 февраля президент Венесуэлы Николас Мадуро объявил о скором выпуске в оборот еще одной криптовалюты – Petro gold, которая будет обеспечена драгоценными металлами.

Запуск Венесуэлой национальной криптовалюты El Petro, обеспечиваемой нефтяными ресурсами страны, призван помочь преодолеть финансовую блокаду
Запуск Венесуэлой национальной криптовалюты El Petro, обеспечиваемой нефтяными ресурсами страны, призван помочь преодолеть финансовую блокаду

Насколько этим планам суждено сбыться, покажет время. Любопытно другое – в России, несмотря на множество законодательных инициатив в области криптовалют, тема эмиссии цифровой формы суверенной валюты пока не прорабатывалась в принципе.

По мнению экспертов, этот пробел в ближайшее время должен быть восполнен, причем начинать необходимо с создания компетентной экспертной группы. Следующим шагом мог бы стать пилот, результатом которого и было бы принятие решения о плавном и контролируемом увеличении доли цифровой формы суверенной валюты в обращающейся денежной массе.

В то же время такая инициатива, вероятнее всего, встретит жесткое сопротивление со стороны самих банков, которые с потерей монополии на эмиссию безналичных денежных средств рискуют окончательно потерять ключевые источники доходов, равно как и свой вес на рынке. Ведь существующая денежная система является, по сути, системой банковской, а в новой модели банкам достанется лишь роль посредников.

6

PSD2 как повод для американской экспансии в Европу?

Судя по всему, впервые довольствоваться второстепенной ролью банкам придется уже в ближайшее время в Евросоюзе, но уже по иным причинам. Вступление в силу ряда требований Второй европейской Директивы PSD2, призванной заметно сузить задачи и полномочия банков, вызовет появление на платежном рынке ЕС сразу нескольких видов новых небанковских игроков и повлечет за собой настоящую революцию. Основной ее целью станет отнюдь не забота об удобстве потребителей, как это было продекларировано авторами PSD2, и даже не поддержка развития финтеха, а экспансия глобальных американских корпораций в Европу с последующим захватом всех ключевых позиций на рынке платежей. Потому что пресловутый «недискриминационный доступ» к своей инфраструктуре и клиентской базе в обязательном порядке банкам придется предоставлять именно глобальным ИТ-гигантам, которые все как один и являются американскими корпорациями.

Такой неожиданный вывод заставляет нас сделать тот факт, что только эти структуры способны взять на себя задачи новоиспеченных агрегаторов (которые, собственно, под них и были прописаны в Директиве). В результате именно они получат доступ к потребительским данным и транзакционной информации по всему миру и будут использовать ее на свое усмотрение (или так, как им предложат «компетентные органы» США). И вряд ли этому помешает вступление в силу в том же Евросоюзе Единого регламента ЕС по защите данных (General Data Protection Regulation, GDPR) в мае 2018 года. Последний, как ожидается, скорее, навлечет многомиллионные штрафы в евро на… российские компании, работающие с гражданами ЕС либо обслуживающие россиян на территории Евросоюза.

«Недискриминационный доступ» к своей инфраструктуре банкам придется предоставлять глобальным ИТ-гигантам – американским корпорациям
«Недискриминационный доступ» к своей инфраструктуре банкам придется предоставлять глобальным ИТ-гигантам – американским корпорациям

Казалось бы, какое значение может иметь для отечественных банков документ, регламентирующий, пусть и достаточно жестко, обеспечение безопасности клиентских данных на территории ЕС? При ближайшем рассмотрении – прямое. Как отметил Михаил Емельянников, управляющий партнер консалтингового агентства «Емельянников, Попова и парт-неры», согласно принципу территориальности действия, под регулирование GDPR попадает любое отслеживание деятельности физических лиц на территории ЕС, в том числе – клиентов любого банка любой страны. Нетрудно догадаться, что в этом разрезе данный регламент ЕС может создать огромные проблемы практически всем российским банкам, выпускающим платежные карты, в случае если их клиенты посещают страны ЕС. Неменьшую угрозу представляет GDPR для операторов мобильной связи, оказывающих услуги роуминга на территории Евросоюза, транспортным организациям, включая Аэрофлот и РЖД, и любым другим структурам, предлагающим свои услуги и товары за евро с использованием веб-сайтов. А с учетом того, что в случае нарушений регламента GDPR предусматривает штрафы в десятки миллионов евро или до 4% годового оборота провинившейся компании, российским участникам рынка есть о чем задуматься. Не случайно Сбербанк недавно провел конкурс, в результате которого выбрал специализированную компанию-исполнителя для оценки рисков, связанных с GDPR. Таким образом, несмотря на уже прозвучавшие заявления руководителя Роскомнадзора Александра Жарова о том, что Россия не будет выполнять требования GDPR, крупнейшие российские коммерческие структуры уже готовятся встретить вступление в силу данного документа максимально защищенными, и это вполне логично.

В России тема эмиссии цифровой суверенной валюты пока не прорабатывалась в принципе

Разумеется, остается вероятность, что наши власти займут прямо противоположную позицию по этому вопросу и будут настаивать на неприменимости положений GDPR к структурам, находящимся под российской юрисдикцией. Хотя и в этом случае проблемы неизбежны, как показывает опыт международных судебных разбирательств того же Газпрома.

Очевидно, что играть по чужим правилам невыгодно, и этот урок был нам преподан уже неоднократно, еще с конца 1980-х. Однако и полный отказ от игры по этим правилам не панацея, так как ведет к самоизоляции. Выход один – нужно пытаться устанавливать собственные правила, принуждая «партнеров» идти на компромисс. Да, в этом случае с их стороны неизбежны самые острые конфликты и самые запальчивые обвинения, что мы, собственно, и наблюдаем в последние годы. Да, чтобы диктовать свои правила хотя бы мало-мальски успешно, нужно наращивать собственную экономику, что крайне непросто вообще и тем более в нынешних условиях. Но иного пути, как показала практика, просто нет, причем нет не только у России, но и у любой другой страны мира, имеющей свои национальные интересы (ближайший пример – Китай).

Пока же наши дорожные карты представляются многим экспертам особой формой саботажа, поскольку зачастую целиком исходят из существующих на текущий момент бюджетов и решений, выступая неструктурированным набором текущих задач различных министерств и ведомств. Забавно, но именно это в российских правительственных кругах принято порой на полном серьезе называть цифровой экономикой. Однако в эпоху цифровой экономики необходимо совсем другое, например – создание некого национального центра стратегического планирования, который мог бы координировать деятельность самых различных министерств, а не служить карманной структурой одного из них.

Итак, что действительно нужного делается у нас на государственном уровне для развития и укрепления собственного финансового рынка, включая платежную систему и банковский сектор?

Биометрическая идентификация: вопрос в деталях?

Одним из ключевых событий на стыке 2017 и 2018 годов стало принятие Закона об удаленной идентификации банковских клиентов из числа физических лиц на базе биометрии с использованием ресурса ЕСИА для первичной идентификации физлиц и выдачи им простой ЭЦП. Также данная технология будет использоваться в рамках создаваемой единой биометрической ИД-системы, оператором которой распоряжением Правительства РФ от 22.02.2018 выступил Ростелеком (что, разумеется, ни для кого не стало сюрпризом).

Голос и лицо относятся к наиболее уязвимым с точки зрения фальсификации биометрическим данным

Федеральный закон № 482-ФЗ был подписан президентом еще 31 декабря 2017 года и вступит в силу в части использования биометрической идентификации граждан в июле 2018 года. Однако в стадии обсуждения до сих пор находится ряд важных моментов, которые должны будут определяться подзаконными актами. По мнению экспертов, они могут иметь решающее значение для всей инициативы в целом, однако на сегодняшний день опубликованы три проекта постановлений правительства РФ о составе обрабатываемых биометрических данных и форме согласия на их обработку, а также Перечня угроз биометрическим данным, разработанного Банком России. Михаил Емельянников считает, что использование такой системы может представлять очень большие риски как для самих пользователей, так и для отдельных банков и даже для российской банковской системы в целом. Дело в том, что, хотя в самом тексте закона конкретные параметры не определены, на сегодняшний день в качестве используемых биометрических параметров инициаторами проекта выбраны голос и образ лица клиента. Это обусловлено простотой и дешевизной работы с такого рода параметрами, для которой в качестве оконечного оборудования необходимы только микрофон и видеокамера. Кстати, будут ли голос и лицо использоваться для идентификации клиента одновременно или достаточно будет одного из параметров, пока не решено, однако в проекте соответствующего постановления правительства указаны именно они.

В то же время, как подчеркивает эксперт, нельзя забывать, что именно голос и лицо относятся к наиболее уязвимым с точки зрения фальсификации биометрическим данным. Способы обхода такого рода ИД-систем демонстрировались уже неоднократно. Кроме того, нет четкого ответа на вопрос, что делать в случае компрометации такого рода данных. Нет механизма оспаривания финансовых транзакций, совершенных в результате биометрической идентификации. Все это чревато серьезными рисками.

Несмотря на уверения UIDAI о надежной защите, недавно СМИ сообщили о серьезной утечке данных из индийской национальной базы данных
Несмотря на уверения UIDAI о надежной защите, недавно СМИ сообщили о серьезной утечке данных из индийской национальной базы данных

Вызывает вопросы и защищенность такого рода биометрических баз национального масштаба. Например, несмотря на уверения Управления по идентификации граждан Индии (UIDAI) о том, что вверенная ему система надежно защищена в режиме 24х7х365, недавно СМИ сообщили о серьезной утечке данных из национальной БД, организация которой обошлась, по заверениям журналистов, всего в 8 долларов.

Между тем уже заявлено о планах подключения населения в 2019 году к еще не построенной российской Единой биометрической системе некредитных организаций – страховых и управляющих компаний, негосударственных пенсионных фондов и микрофинансовых организаций. Рост числа пользователей системы увеличивает риски неправомерного к ней доступа.

Так или иначе, но проблему обеспечения доверия и заинтересованности самих российских граждан в использовании всех преимуществ удаленной идентификации нельзя сбрасывать со счетов. По мнению Романа Прохорова, председателя правления Ассоциации «Финансовые инновации», пока не очень понятно, например, зачем удаленная идентификация может понадобиться такой значительной части потребителей, как клиенты крупнейших банков, например Сбербанка. Ведь если среди них и были желающие использовать сервисы других кредитных структур, они уже давно их используют, не дожидаясь введения удаленной идентификации, а стало быть – не слишком заинтересованы в передаче своих биометрических данных (как отмечалось, в нашем случае это, вероятнее всего, будут лицо и голос) в единую национальную систему удаленной идентификации.

Затянутый перевод как средство от фрода?

Среди других законодательных инициатив заслуживают внимание еще два законопроекта, уже прошедших первое чтение в Госдуме и готовящихся ко второму. Первый касается наделения банков правом приостанавливать на срок до двух дней перевод денежных средств в случае, если у кредитной организации есть подозрение, что этот перевод делается без согласия клиента – т. е. является мошеннической операцией. Бесспорно, инициатива нужная и более чем актуальная на фоне все более активного использования инновационных технологий с преступным умыслом, роста киберпреступности и засильем фишинга. Однако она не закрывает весь спектр вопросов – в первую очередь проблему, когда мошенники используют методы социальной инженерии.  Так, по словам Марии Михайловой, исполнительного директора Национальной платежной ассоциации, выявление таких схем и методы борьбы с ними уже активно нарабатываются, и у платежных систем есть первые успехи. Надо обратить внимание на то, что мошенники научились вводить в заблуждение, в том числе за счет использования широкого арсенала современных технологий, не только пенсионеров или другие уязвимые социальные группы, но даже сотрудников банков.

Затянутый перевод может быть эффективен и в этом случае. Однако еще предстоит найти верные регламенты его применения, чтобы «затянутыми» не оказались вообще все переводы.  В этом случае можно надеяться только на здоровую конкуренцию.

Упрощенная идентификация > неперсонифицированный продукт?

Первое чтение прошел и законопроект, запрещающий снятие наличных денег с неперсонифицированных электронных средств платежа. И эта инициатива также имеет две стороны. Анонимное снятие денег действительно «неправильно» уже по определению. Ведь неперсонифицированные карты – типа подарочных – как раз и призваны выступать неким мостиком в мир безналичной оплаты, стимулируя оплачивать товары и услуги и открывая пользователям путь к безналичным платежам в более широком понимании. Более того, многие добросовестные участники рынка и ранее в своих внутренних правилах закрывали возможность снятия наличных по таким продуктам.

С другой стороны, сегодня отчетливо выявляется проблема нормативного свойства. Дело в том, что Закон № 161-ФЗ относит к неперсонифицированным электронным средствам платежа и те средства, пользователь которых прошел упрощенную идентификацию. И сам принцип, что электронные средства платежа с упрощенной идентификацией клиента не являются отдельным самостоятельно описанным платежным средством, а «автоматически» попадают под общее определение неперсонифицированных, видится в корне неверным. Ведь современные технологии упрощенной идентификации достаточно активно развиваются, и именно сегодня самое время поднять вопрос о том, чтобы выделить электронные средства платежа, владельцы которых прошли такую идентификацию (например, в той же системе ЕСИА), в отдельную группу, установить для них специальный, особый режим использования, менее строгий, чем для неперсонифицированных продуктов. В противном случае зачем вообще было инвестировать огромные средства в разработку и реализацию таких инфраструктурных проектов национального масштаба, как ЕСИА и будущая единая биометрическая ИД-система?

Независимые операторы банкоматных сетей – скоро и в России?

Еще одну интересную тенденцию конца зимы-2017 нельзя в полной мере отнести к законодательным инновациям, но стоит также упомянуть, поскольку для многих участников рынка она может оказаться сюрпризом. Речь идет о крепнущих позициях независимых операторов банкоматных сетей на крупнейших мировых рынках. Сюрприз же заключается в том, что схема, при которой владельцем банкомата является структура, не имеющая банковской лицензии – например, ритейлер, никак не запрещена действующим Законом «О национальной платежной системе», как это принято было считать «по умолчанию». Таким образом, ритейлер или любая другая небанковская организация, став банковским платежным агентом, имеет полное право приобретать и эксплуатировать банкоматы, обеспечивая прием и выдачу наличных населению, и закон регламентирует в этих случаях лишь особый порядок инкассации, хранения и зачисления принятых средств на специальный банковский счет, отличный от расчетного счета предприятия. Упомянутое «открытие» заставляет по-новому взглянуть на перспективы и сценарии развития отечественного банкоматного бизнеса, на котором в скором времени могут появиться новые игроки. Ведь российским ТСП достаточно скоро станут тесны рамки недавно разрешенной выдачи наличных на кассовых POS-терминалах.

Agile и банки – две вещи несовместные?

Есть ли место масштабному применению Agile-методологии в банкинге?
Есть ли место масштабному применению Agile-методологии в банкинге?

Конец февраля был отмечен и уходом старшего вице-президента, руководителя офиса agile-трансформации (Управление внедрения Agile) Барта Шлатманна из Сбербанка. Данный шаг примечателен тем, что послужил косвенным поводом к дискуссии в банковских и ИТ-кругах относительно совместимости Agile-методологии с задачами, бизнес-процессами и стратегиями крупных кредитных организаций. Так, по мнению Игоря Мушакова, директора по информационным технологиям, члена правления VP Bank, Agile-методика, подразумевающая, как известно, в своем реальном (а не просто модном имиджевом) значении принцип постоянных проб и ошибок с моментальным исправлением последних, сейчас применяется, как правило, в высокорисковых проектах крупных ИТ-компаний или чистых стартапов. Реальное же применение технологии Agile в основных направлениях бизнеса крупных структур все еще остается под очень большим вопросом, тем более когда речь идет о банках. Ведь главным их достоянием является репутация надежных и безопасных партнеров, которым клиенты доверяют самое ценное – свои средства. Есть ли в таком случае место масштабному применению Agile-методологии в банкинге? И если есть, то где и как наилучшим образом ее применять?

Эти и другие, не менее актуальные вопросы будут обсуждаться на 9-м Международном ПЛАС-Форуме «Дистанционные сервисы, мобильные решения, карты и платежи 2018», который пройдет в Москве уже 30–31 мая, а также на страницах следующих номеров журнала «ПЛАС». Рады будем встретить Вас на нашем мероприятии!

Не забывайте, мы всегда с Вами!

P.S.Пока верстался этот номер, международная консалтинговая компания Bain & Company поделилась своими прогнозами относительно спроса на банковские услуги со стороны компании Amazon. Последняя, как известно,  уже начала обсуждать с банками, включая JPMorgan Chase и Capital One, вопрос разработки продукта, обеспечивающего предоставление расчетных счетов миллионам клиентов. По оценкам Bain & Company, в течение пяти лет клиенты из США могут открыть свыше 70 миллионов счетов для доступа к банковским сервисам Amazon, что сопоставимо с базой третьего по величине банка США Wells Fargo. Неплохой повод для традиционных игроков рынка лишний раз задуматься над правильностью своих стратегий, не правда ли?

Подписывайтесь на наши группы, чтобы быть в курсе событий отрасли.

Читайте в этом номере:


Перейти к началу страницы

Подпишитесь на новости индустрии

Нажимая на кнопку "подписаться", вы соглашаетесь с


политикой обработки персональных данных