Журнал ПЛАС » Архив » 2019 » Журнал ПЛАС №7 »

Mastercard на Money20/20: как найти подход к Open banking

Интервью с Джейсоном Лейном, исполнительным вице-президентом по развитию Mastercard в европейском регионе

Mastercard на Money20/20: как найти подход к Open banking

3–5 июня 2019 года в Амстердаме прошла Международная конференция Money20/20. В этом году европейская часть события собрала свыше 5 тысяч участников и гостей из более 80 стран. Среди них – представители Mastercard, Visa, PayPal, Google, Barclays и других крупнейших игроков.

Журнал «ПЛАС» побеседовал с Джейсоном Лейном (Jason Lane), исполнительным вице-президентом по развитию Mastercard в европейском регионе. Темой разговора стали цифровая трансформация банков, концепция Open Banking и ее реализация в разных странах, а также специ­фика российского рынка банковских и платежных услуг.

ПЛАС: Существует мнение, что сегодня именно банки выступают в роли технологических компаний. У многих крупнейших кредитных организаций уже есть программы цифровой трансформации, которые расширяют возможности дистанционного банковского обслуживания. Можно ли утверждать, что банки как разработчики передовых технологий конкурируют с финтех-отраслью, которая также внедряет решения для улучшения финансовых услуг?

Д. Лейн: По сути, банковское дело всегда связано с технологиями – банки активно инвестировали в них еще в 1970-х и 80-х. Но проблема в том, что в результате за все эти десятилетия в их ИТ-портфелях накопилось много устаревших технологий. Из-за этого банки не могут так же быстро двигаться вперед, как некоторые цифровые стартапы и финтех-компании, потому что для финтеха эти новые технологические решения уже являются чем-то естественным.

Сегодня существует множество крупных банков, которые все еще применяют устаревшие технологии. И сейчас у них есть возможность сотрудничать с другими компаниями, которые уже используют современные технологические решения – в этом и есть суть API. Принцип работы с данными позволяет всем участникам процессов взаимодействовать на более эффективном уровне.

Поэтому традиционные банки – актуальные технологические игроки. Я не думаю, что финтех-структуры будут им препятствовать. Напротив, это открывает больше возможностей для сотрудничества и партнерства.

В этом году европейская часть Money20/20 собрала свыше 5 тысяч участников и гостей из более 80 стран мира

В тех странах, где эти возможности используют, банкинг развивается как сервис. В Германии есть компания Fidor, которая не нацелена на конкуренцию или исключение банков из участников процесса. Наоборот, она им помогает эффективно использовать имеющуюся устаревшую инфраструктуру и применять технологию, чтобы они шли в ногу со временем. TRESOR во Франции решает те же задачи. А такие банки из Великобритании, как Monzo, Starling и Tandem, ведут сразу два бизнес-трека. Это так называемые квазибанки или альтернативные банки, которые используют модель прямого взаимодействия с конечным потребителем. Но их главная цель – предоставление услуг другим банкам на базе единой платформы по лицензионной схеме. Это пример концепции «банк как услуга».

Почему бы не применить аналогичный подход к российским рынкам? В России есть много банков, которые входят в топ-100 крупнейших по капитализации компаний. Можно наблюдать, как некоторые из этих финтех-­игроков приходят на помощь небольшим региональным банкам. Это положительно влияет на цифровой опыт держателей карт, то есть нас с вами.

Я живу в Лондоне и уже два года не посещал банковское отделение, потому что мне это не нужно. Постепенно мой банк дал мне удобную возможность работы с цифровыми технологиями, и теперь все операции я могу совершать в банковском приложении. Больше не нужно спешить, чтобы успеть в отделение до закрытия, – в смартфоне все доступно 24/7.

ПЛАС: Цифровая трансформация – серьезный вызов для ИТ-служб банковского сектора. Готовы ли сегодня финансовые организации оперативно реагировать на изменения потребностей клиента? Как в ходе цифровой трансформации меняется роль ИТ-функции в банке? Можно ли утверждать, что именно цифровая трансформация банков дает возможность их ИТ-подразделениям стать полноценным самодостаточным бизнесом?

Д. Лейн: Действительно ли банки так сильно сосредоточены на цифровой трансформации? Давайте посмотрим, как в этом плане можно охарактеризовать Россию. Для нее несвойственно преобладание устаревшей инфраструктуры, которую иногда можно встретить в Западной Европе, например, во Франции или Великобритании. Во многих случаях некоторые российские банки уже ушли далеко вперед, особенно в плане цифрового взаимодействия с клиентом. Если посмотреть на банковский бизнес в России, особенно на токенизированные платежи по кредитным и дебетовым картам, можно утверждать, что она – лидер среди других стран! Россияне активно используют Apple Pay, Samsung Pay, Google Pay и т. п. – они популярны не только у миллениалов.

Некоторые российские банки уже ушли далеко вперед, особенно в плане цифрового взаимодействия с клиентом

Цифровое взаимодействие играет важную роль для кредитных организаций в вопросе обслуживания их клиентов. Сегодня я вижу множество технологий и готовность традиционных банков применять их для развития своего бизнеса. С точки зрения развития банковской среды, в некоторых случаях Россия, в отличие от западных стран, лидирует благодаря большей гибкости, меньшему количеству устаревших систем и связанных с ними проблем. И это определенно выигрышная ситуация для держателей карт.

Многие жители Москвы сейчас активно используют функцию оплаты в одно касание, и, на мой взгляд, степень принятия новых технологий пользователями здесь даже выше, чем в городах Франции или в Великобритании.

Как показывают наши данные, внедрение новых технологий в некоторых российских регионах иногда происходит значительно быстрее, чем в целом по миру. В Восточной Европе этот показатель растет благодаря инвестициям в технологическую инфраструктуру и высокому уровню обслуживания потребителя.

При этом роль финтеха может быть двоякой: с одной стороны, он способен стимулировать конкуренцию среди традиционных банков, а с другой – увеличить число парт­нерств. И здесь мы возвращаемся к тому, что тенденции в некоторых странах рано или поздно будут актуальны и для России. Я думаю, что как платежная система мы должны поощрять создание динамичной финтех-среды, помогать традиционным банкам в развитии цифровых форм взаимодействия с клиентами, а также во внедрении практики прямого обслуживания клиентов.

Например, в Великобритании у меня есть счет в одном крупном банке, на который перечисляется моя зарплата. С этого счета я выплачиваю свою ипотеку. Также я пользуюсь несколькими продуктами других финансовых организаций. Почему? Потому что у них есть уникальные цифровые сервисы, которые идеально соответствуют моим потребностям.

Еще один хороший пример альтернативного банка – N26 (Number26). Он создает целый маркетплейс, позволяющий традиционным банкам предлагать свои услуги потребителям. Если вы обращаетесь за ипотечным кредитом, то к вашим услугам специальный аукцион, где пользователи получают лучшие ценовые предложения банков. По этому же принципу они работают с TransferWise: две финтех-структуры работают вместе, предлагая наиболее выгодные курсы обмена валюты. Нужно стремиться, чтобы подобная модель заработала и в России. Необходимо поощрять сотрудничество и продолжать приносить инновации.

ПЛАС:Какие риски таит в себе стремительное изменение бизнес-моделей под влиянием цифровизации?

Д. Лейн: Цифровизация – это в первую очередь рост количества облачных данных. Каждый месяц мы узнаем об очередной их утечке. Поэтому на первый план выходит вопрос доверия к финансовым сервисам, к тому, как используется предоставленная клиентами информация, как она хранится. Раньше, когда я заходил в отделение своего банка, я персонально общался с кассиром, а мои данные хранились централизованно. Сегодня же для взаимодействия с банком мне удобнее использовать цифровое приложение. Поэтому мне требуется более надежный способ хранения данных.

Open Banking несет с собой больше возможностей, чем угроз. Мы видим, как страны по-разному поощряют развитие этой концепции

Кибербезопасность, использование персональных данных и их приватность – здесь всегда присутствуют определенные риски, которые мы обязаны принимать в расчет, будь то Россия, Франция, Великобритания или Германия. Потому что это связано с доверием, которое нам необходимо в отношениях с клиентами. Физические лица, малый бизнес или крупные корпорации – всем им требуется гарантия безопасности.

Угрозы кибербезопасности и риски мошенничества возникают, когда кто-то похищает мои персональные данные, используя их против меня. Мы должны минимизировать эти риски. Именно по этой причине Mastercard традиционно инвестирует значительные средства в сферу кибербезопасности. Например, с помощью машинного обучения можно научить систему выявлять операции, которые хотя бы немного не вписываются в обычную модель поведения пользователя, что может говорить о мошенничестве. Нам нужно как можно внимательнее отслеживать все происходящее в банковской системе, и технологии нам очень в этом помогают.

В свое время мы инвестировали в две компании – Brighterian и NuData, чтобы фундаментально повысить нашу способность распознавать потенциально опасные случаи для конечного пользователя или системы. Доверие клиентов к Mastercard, к нашему бренду, нашим банкам-партнерам – это то, ради чего мы работаем.

Поскольку мы движемся в цифровой мир, нам нужно сделать акцент на том, чтобы обеспечить надежную работу с персональными данными, чтобы банкам в этом доверяли. Уже сегодня их деятельность строго регулируют, ведь они – хранители наших персональных данных, нашей финансовой информации. И это дает всем уверенность в том, что финансовая система сильна и готова противостоять угрозам. И, безусловно, безопасность является основой стратегии Mastercard, мы буквально в это и вкладываем средства наших акционеров.

ПЛАС: Какое будущее вы видите у Open Banking в мире и в России? Расскажите, чем российский подход может отличаться от зарубежного, про промежуточный опыт ЕС в этом направлении, о рисках и преференциях для финтех-структур.

Д. Лейн: На мой взгляд, Open Banking несет с собой больше возможностей, чем угроз. Мы видим, как страны по-разному поощряют развитие этой концепции. Основная идея внедряемой в Европе Второй платежной Директивы (PSD2) состоит в том, чтобы создать структуру с минимальными требованиями для входа на рынок, что означает использование открытых API. Согласно требованиям Директивы, такие API, во-первых, должны быть надежно защищены, а во-вторых, должны передавать только те данные, на передачу которых было получено юридически значимое согласие пользователя.

Open Banking развивается в мире уже достаточно долгое время. В США данная практика существует много лет. В Европе, с введением PSD2, я одобряю четко прописанные требования: технология открытых API, благодаря которой будут использоваться только те данные, на работу с которыми пользователь дал согласие. Я рад, что в европейском банкинге появился этот важный принцип.

Да, изначально банки были обеспокоены величиной расходов на содержание ИТ-инфраструктуры, необходимой для выполнения требований PSD2, и это абсолютно справедливо. Но в то же время все, чего хочет регулятор, – это внедрить как можно больше необходимых инноваций. И сегодня мы уже начинаем видеть первые результаты.

Например, кто-то является клиентом крупного банка и в то же время работает с Revolut. Потому что, когда едет за границу, использует их приложение, чтобы точно знать, сколько предстоит платить в евро в пересчете на британские фунты. Клиент выбирает соответствующую услугу в своем приложении и может четко контролировать все свои расходы.

Но это вовсе не значит, что он больше не будет пользоваться своим счетом в банке. Это пример того, как можно использовать банковский продукт, который более актуален в конкретной нише. И Open Banking будет способствовать такому подходу.

Стоит заменить термин Open Banking на Open Data. Ведь для банков это – наличие набора бесплатной информации

Есть отличный пример, демонстрирующий эффективность Open Banking. Раньше процесс получения ипотеки занимал у меня около двух недель, потому что нужно было собрать много информации, заполнить форму, отправить ее, ждать ответа от банка.

В этой ситуации я вижу идеальный сценарий использования Open Banking – сейчас все делается в две минуты. Теперь я могу обратиться к агрегатору money.com (специальный портал для запроса ипотечных кредитов в Великобритании) и дать свое согласие на доступ к моим учетным записям через API. Система может просмотреть всю мою историю транзакций: она знает, какую я получаю зарплату, какие счета я оплачиваю, и размер моих сбережений.

Я думаю, нам нужно заменить термин Open Banking на Open Data. Для банков это означает наличие определенного минимального набора информации, которая предоставляется бесплатно – баланс банковского счета, детали транзакции, номер IBAN и т. д. Для кредитных организаций в этой информации есть много ценного. Сведения о месте жительства, стаже работы, возрасте могут быть использованы теми, кто хочет мне что-либо продать. Во Франции, например, нельзя купить бутылку вина онлайн, не указав свой возраст. Это часть информации, которая находится в распоряжении банка и которая не является бесплатной – теперь банк взимает с торгово-сервисных предприятий за это плату.

Видно, что Open Banking активно распространяется по Европе, где создается среда, обеспечивающая свободный, но строго регламентированный доступ к пользовательским данным. Mastercard участвует в создании такой среды. Для этого мы подключаем банки и третьих лиц, чтобы обмениваться необходимой информацией.

У Европы есть чему поучиться. В Австралии, например, зашли слишком далеко, открыв банкинг, страхование, финансовые инвестиции. Я склонен считать, что нам нужен минимальный уровень, с которого можно начать развивать этот рынок, а затем посмотреть на реакцию. В этом отношении директива PSD2 выглядит действительно правильным шагом.

Могли ли мы каких-нибудь 11 лет назад представить, что iPhone станет для нас незаменимой вещью? Это изобретение появилось только благодаря плееру iPod. Знали ли мы, что нам будет нужен iPod? Мы и представить не могли, что для того чтобы собрать в цифровом виде всю музыку, которую мы слушаем, нам потребуется эта квадратная коробочка. Случай с Open Banking очень похож на историю с iPod. Я никогда бы не подумал, что мне это может понадобиться, но, может быть, через определенное время Open Banking тоже станет незаменимой вещью.

Сегодня в Европе растут новые предприятия (в том числе малые), поэтому Open Banking особенно актуален в сегменте малого бизнеса. В Open Banking все четко и ясно – есть два элемента: создание добавленной стоимости и создание доверия. Без этого Open Banking вряд ли будет работать.

И отмечу еще раз: сегодня речь идет о расширении возможностей технологий, особенно в Европе. По сравнению с прошлогодней конференцией Money20/20 2018, когда все говорили о криптовалюте, в этот раз разговоры только об Open Banking.

А кто из участников рынка в свое время заговорил об этом первым? Mastercard!

Подписывайтесь на наши группы, чтобы быть в курсе событий отрасли.

Читайте в этом номере:


Перейти к началу страницы

Подпишитесь на новости индустрии

Нажимая на кнопку "подписаться", вы соглашаетесь с


политикой обработки персональных данных