ИИ, RegTech, QR-платежи и цифровая трансформация банков. Ключевые тренды обсудили на Digital Uzbekistan 2026
В центре обсуждения оказались искусственный интеллект, цифровое доверие, развитие платежной инфраструктуры, QR-платежи, RegTech, управление данными, проблемы legacy-систем, теневое IT, автоматизация банковских процессов и культурные барьеры цифровой трансформации.
Модератором сессии выступила Жанаргуль Изимова, директор и лидер практики стратегического консалтинга финансовых институтов в Евразии Strategy&. Она задала рамку дискуссии, в которой цифровая трансформация рассматривалась не как имиджевый проект, а как необходимый этап развития финансовой индустрии.
E-commerce становится частью финансовой инфраструктуры
Одной из первых тем стала трансформация электронной торговли. Кирилл Королев, директор по стратегическому развитию финтеха в Центральной и Средней Азии Wildberries, отметил, что e-commerce уже давно перестал быть только каналом продажи товаров.
По его словам, маркетплейсы постепенно превращаются в полноценные финансовые экосистемы. Они формируют собственные платежные слои, развивают клиентские сценарии и становятся частью ежедневного финансового поведения пользователей.
«Электронная торговля уже давно перестала быть только торговлей. Финансовый сервис становится частью клиентского пути», — отметил Кирилл Королев.
Этот тезис важен для всего региона: Центральная Азия перестает быть рынком позднего внедрения технологий. Здесь формируются собственные модели цифровой адаптации, основанные на локальных потребностях пользователей, развитии маркетплейсов и росте мобильных финансовых сервисов.
Трансграничные платежи становятся инфраструктурой доверия
Отдельный блок был посвящен развитию глобальной платежной инфраструктуры. Антон Чень, директор по развитию бизнеса Alipay+ на территории СНГ, представил взгляд на то, как меняются трансграничные платежи, QR-совместимость, встроенные финансовые сервисы и экосистемные платежи.
Ключевой вывод его выступления заключался в том, что cross-border payments перестают быть просто механизмом перевода денег между странами. Они становятся инфраструктурой доверия между цифровыми экосистемами.
«Cross-border payments сегодня — это уже не просто перевод денег. Это инфраструктура доверия между экосистемами», — подчеркнул Антон Чень.
В этой логике финансовые сервисы постепенно исчезают как отдельный пользовательский опыт. Клиенту все реже нужно специально «идти в банк»: платежи, переводы, кредитные и другие финансовые функции встраиваются в привычные цифровые сценарии — от маркетплейсов до суперприложений.
Цифровое доверие становится частью государственной инфраструктуры
После коммерческого взгляда на финтех дискуссия перешла к государственному уровню. Надир Парпиев, начальник Службы содействия развитию центров регистрации ключей электронной цифровой подписи Министерства цифровых технологий Узбекистана, говорил о развитии инфраструктуры цифрового доверия.
Эта тема стала одной из ключевых для всей сессии. Участники подчеркнули, что искусственный интеллект, трансграничные платежи, электронные сервисы и цифровая экономика не могут устойчиво развиваться без доверия к идентификации, данным и государственным цифровым системам.
«Трансграничное пространство доверия — это следующий этап цифрового развития государств», — отметил Надир Парпиев.
Фактически речь идет о том, что цифровизация начинается не с интерфейса, приложения или отдельного сервиса, а с базовой инфраструктуры доверия. Без нее невозможно масштабировать ни электронную подпись, ни государственные сервисы, ни трансграничное взаимодействие.
QR-платежи становятся вопросом финансового суверенитета
Одним из наиболее содержательных выступлений сессии стала презентация Богдана Задорожного, соучредителя и директора по инновациям 8B. Он рассмотрел развитие национальных QR-систем, трансграничной совместимости и новых платежных маршрутов account-to-account, которые постепенно становятся альтернативой инфраструктуре, построенной вокруг банковских карт.
Ключевой тезис его выступления заключался в том, что единый QR центральных банков может стать одним из главных финтех-трендов десятилетия. Речь идет уже не только об удобстве для пользователя или скорости платежа. Национальные QR-модели позволяют странам лучше контролировать платежную инфраструктуру, маршрутизацию транзакций и владение платежными потоками.
«Единый QR центральных банков — главный финтех-тренд десятилетия», — отметил Богдан Задорожный.
По его словам, многие рынки постепенно отходят от card-centric economy, где ключевая роль принадлежит карточным системам. В качестве альтернативы развиваются QR-платежи и A2A-рельсы, которые позволяют проводить операции напрямую между счетами. Такой подход может снижать стоимость платежей для бизнеса и создавать более гибкую инфраструктуру для трансграничных расчетов.
В ходе выступления отмечалось, что комиссии карточных систем могут достигать 3–3,5%, тогда как национальные QR-модели работают в диапазоне 0,3–0,8%. Однако вопрос не ограничивается только экономией на комиссиях. Для государств и финансовых систем это также вопрос контроля над собственной платежной архитектурой, независимости маршрутизации и возможности строить региональные модели взаимодействия без полной зависимости от внешних платежных контуров.
Особое внимание Богдан Задорожный уделил опыту стран ASEAN, где национальные QR-системы и трансграничная совместимость уже становятся частью новой платежной логики. Такие модели позволяют пользователям совершать платежи за пределами своей страны в привычном формате, а финансовым институтам — выстраивать более прямую и управляемую инфраструктуру расчетов.
Для Центральной Азии этот опыт может быть особенно важен. Региональные QR-рельсы способны стать не просто удобным платежным инструментом, а основой для более тесной финансовой интеграции между странами. В перспективе это может упростить трансграничные платежи, снизить издержки для бизнеса и усилить роль национальных валют в расчетах.
Отдельным направлением в выступлении стала роль искусственного интеллекта в будущей платежной инфраструктуре. По словам Богдана Задорожного, следующий этап развития финансовой индустрии может быть связан с ИИ-агентами, которые будут самостоятельно оркестрировать платежи, выбирать маршруты, управлять ликвидностью и сопровождать трансграничные сценарии.
«ИИ постепенно становится execution layer финансовой системы», — подчеркнул Богдан Задорожный.
Таким образом, QR-платежи в его выступлении были представлены не как отдельная технологическая функция, а как часть более широкой перестройки финансовой инфраструктуры. В этой модели центральные банки, национальные платежные системы, A2A-рельсы и ИИ-агенты формируют новый контур цифровых финансов, где важны не только скорость и удобство, но и суверенитет, стоимость, управляемость и доверие.
Банки ищут способы снизить операционную нагрузку
Практическое применение искусственного интеллекта в банковском секторе стало темой диалога Алексея Афонина, вице-президента по развитию U-BSS, и Михаила Данилина, Head of Digital Corporate IpotekaBank OTP Group.
Алексей Афонин представил подход, при котором AI CX Platform становится новым операционным слоем банка. В рамках выступления обсуждались Agentic AI, AI BI, Explainable AI, голосовые ассистенты, AI orchestration и эмпатический искусственный интеллект.
«AI должен контролировать весь клиентский путь — до, во время и после взаимодействия», — отметил Алексей Афонин.
Особое внимание было уделено empathic AI — системам, которые способны учитывать эмоциональное состояние клиента и адаптировать коммуникацию. Это направление показывает, что цифровизация банковского сервиса уже выходит за рамки простой автоматизации ответов.
Михаил Данилин, в свою очередь, говорил с позиции банка, ежедневно сталкивающегося с большим объемом рутинных операций. Он отметил, что если ИИ может взять на себя типовые процессы — выписки по счету, шаблонные запросы и стандартные операции, — его необходимо использовать именно в этих задачах.
«Если ИИ может забрать рутинные операции: выписки по счету, шаблонные запросы, типовые процессы, то он должен это сделать», — подчеркнул Михаил Данилин.
Этот блок показал, что для банков ИИ становится не только технологическим трендом, но и способом сохранить устойчивость операционной модели при росте нагрузки.
RegTech становится основой новой банковской архитектуры
Пока часть участников говорила об искусственном интеллекте, Алексей Карнаухов, ex-Chief Data Officer IpotekaBank OTP Group, сосредоточился на данных, Data Governance и требованиях современного регулятора.
В его выступлении прозвучали восемь ключевых требований к регуляторным данным: происхождение данных, масштаб, качество, прозрачность, воспроизводимость, стабильность, детализация и единая логика. Также был представлен подход Reporting Data Readiness Index.
«Data Governance становится операционной моделью управления регуляторными данными», — отметил Алексей Карнаухов.
По его словам, банковские задачи, связанные с регуляторной отчетностью, уже перегружают внутренние backlog-команды. Это означает, что вопрос управления данными перестает быть отдельной технической функцией и становится частью операционной архитектуры банка.
Для финансовой индустрии это важный сигнал: RegTech становится не просто направлением автоматизации отчетности, а необходимым условием прозрачности, устойчивости и готовности банков к новым требованиям надзора.
Инвестиции в ИИ меняют глобальную экономику
Денис Тур, CEO STRATTURA Consulting и ex-CDO Ural Bank for Reconstruction and Development, представил обзор глобальных технологических трендов в финтехе. Среди них — AI Agents, Programmable Money, Multimodal AI, Open Banking, Hyperautomation, Embedded Finance и RegTech with AI.
Наиболее заметной частью выступления стали данные об инвестициях в искусственный интеллект. По приведенным оценкам, частные AI-инвестиции составляют $344,7 млрд, корпоративные AI-инвестиции — $581,7 млрд, а прогнозируемые расходы на AI достигают $2,52 трлн.
«Сегодня около 80% глобального и венчурного инвестирования связано с AI», — отметил Денис Тур.
Эти цифры показывают, что искусственный интеллект уже нельзя рассматривать только как технологическую моду. Он становится одним из факторов перестройки мировой экономики и перераспределения капитала.
Отдельно в выступлении рассматривался опыт Юго-Восточной Азии, где высокотехнологичные финансовые экосистемы развиваются даже на фоне неравномерной физической инфраструктуры. Этот пример важен и для Центральной Азии: цифровые финансовые сервисы могут расти быстрее традиционной инфраструктуры, если правильно выстроены пользовательские сценарии и доверие к технологиям.
ИИ не заменит культуру управления и доверие внутри компаний
Одним из наиболее дискуссионных стало выступление Игоря Мушакова, независимого эксперта-практика. Он обратил внимание не на сами технологии, а на организационную культуру, без которой цифровая трансформация часто не дает результата.
Мушаков говорил о проблемах, характерных для многих компаний региона: legacy-системах, теневом IT, vendor lock-in, разрозненных архитектурах, ручных процессах, нестабильной инфраструктуре и дефиците экспертизы.
«Данные не помогут, если внутри компании нет культуры», — отметил Игорь Мушаков.
Он подчеркнул, что внедрение ИИ не решит системные проблемы компании, если внутри нет доверия, зрелых команд, ответственности и готовности менять процессы. По его словам, правильная последовательность выглядит так: сначала отношения, затем команды, затем процессы и только потом искусственный интеллект.
Этот тезис стал важным противовесом технологическому оптимизму сессии. Он показал, что цифровая трансформация зависит не только от инвестиций и инструментов, но и от способности организаций менять управленческую культуру.
Большинство цифровых трансформаций не дают измеримого результата
Финальное выступление Жанаргуль Изимовой стало системным завершением сессии. Она представила цифровую трансформацию как пересечение трех элементов: стратегии, операционной модели и культуры.
«Цифровая трансформация приносит максимальную отдачу только тогда, когда синхронизированы стратегия, операционная модель и культура», — подчеркнула Жанаргуль Изимова.
По ее словам, около двух третей компаний не получают измеримого результата от цифровой трансформации. Среди причин — отсутствие согласования на уровне руководства, нехватка ownership, отсутствие центра трансформации, слабое управление изменениями, низкое качество данных и недостаточная интеграция проектов в ежедневную деятельность бизнеса.
«Многие компании запускают цифровую трансформацию, но не получают от нее измеримого результата», — отметила Жанаргуль Изимова.
Эта часть дискуссии подвела к главному выводу: цифровая трансформация не может быть успешной, если она существует отдельно от стратегии, операционной модели и корпоративной культуры.
Центральная Азия формирует собственную цифровую модель
Сессия ПЛАС-Форума Digital Uzbekistan показала, что Центральная Азия постепенно перестает восприниматься как регион позднего внедрения технологий. Здесь начинает формироваться собственная цифровая финансовая модель, в которой одновременно развиваются государственная инфраструктура доверия, QR-платежи, искусственный интеллект, RegTech, управление данными, маркетплейс-финансы и новые банковские архитектуры.
Особенность этого процесса в том, что регион не просто копирует западные, китайские или другие модели цифровизации. Центральная Азия выстраивает собственный подход, в котором технологические решения тесно связаны с вопросами доверия, локальной культуры, роли государства и готовности бизнеса к изменениям.
Главный вывод сессии заключается в том, что цифровая трансформация финансовой индустрии в 2026 году уже не сводится к внедрению отдельных технологий. ИИ, QR-платежи, RegTech, Data Governance и embedded finance становятся частями одной системы. Но ее устойчивость будет зависеть не только от технологического уровня, а от того, готовы ли пользователи, компании и государственные институты доверять этим решениям.
Именно доверие — к данным, инфраструктуре, людям и процессам — становится ключевым условием следующего этапа цифрового развития Центральной Азии.
