28 февраля 2024, 09:48
Количество просмотров 37734

Нейрономика: киборги идут?!

Илон Маск объявил об успешной имплантации нейрочипа компании Neuralink человеку-добровольцу: к каким последствиям для экономики и финансов это приведет? Этим вопросом задается наш постоянный автор, кандидат политических наук, футуролог и аналитик данных Антон Дождиков.
Нейрономика: киборги идут?!

Итак, 30 января 2024 года официально наступила эпоха киберпанка, предсказанная такими фантастами «новой волны», как Филлип Дик и Роджер Желязны, и развитая в 1980-е в романах «Нейромант» Уильяма Гибсона, фантастических фильмах «Трон» и «Бегущий по лезвию», манге Кацухиро Отомо «Акира» и других произведениях. Двадцатые годы XXI века – это «новое осевое время», определяющее экономику, финансы и социальное устройство будущего на ближайшие десятилетия.


Дождиков.jpg

Антон Дождиков


По словам Илона Маска, первоочередной целью технологии чипирования является «устранение последствий травм головного и спинного мозга и возвращение пациентам утраченных способностей». Цель благородная, особенно с учетом необходимости восстановления здоровья и адаптации к жизни людей, пострадавших во время террористических атак, военных действий и конфликтов. Однако далеко не конечная, как можно догадаться по вирусному видеоролику с обезьяной, играющей в компьютерные игры посредством нейроинтерфейса мозг-компьютер.

Согласно плану бизнесмена, имплант должен позволить человеку «силой мысли» управлять смартфоном или компьютером, а затем и любым другим девайсом. Первое время технологию сделают доступной только для пользователей, потерявших возможность управлять собственными конечностями. Но вот что произойдет дальше? «Представьте себе, если бы Стивен Хокинг мог бы общаться быстрее, чем наборщик текста или ведущий аукциона. В этом и есть наша цель», – поясняет Маск.

Радикальный апгрейд человеческого тела и возможностей – вплоть до достижения «цифрового бессмертия» – такова истинная цель работы Илона Маска. И при ближайшем рассмотрении эта цель прекрасно сочетается с движущими силами современной экономики.

Представьте себе офисного клерка, боящегося, что искусственный интеллект отнимет его работу и он не сможет выплатить ипотеку, а долг перейдет на детей. Заботливых родителей, мечтающих, чтобы их дитятко сдало ЕГЭ на 100 баллов, победило в олимпиаде и поступило, допустим, в МГИМО или Высшую школу экономики. Гламурную инста-диву в поисках новых подписчиков с идеей прямой трансляции своих эмоций на аудиторию как в запрещенных в России социальных сетях, так и в разрешенных. Армейского генерала, заинтересованного в управляемых FPV-дронах и зашифрованной передаче команд напрямую «из своего мозга» подчиненным на поле боя. Ловкого маркетолога, озабоченного ростом продаж. Политтехнолога на выборах. «Социального инженера», желающего получить доступ не только к вашим счетам и биометрическим данным, но и к вашему сознанию. Наконец, африканского диктатора с европейским образованием, желающего знать, о чем думают его подданные, и «программировать» их поведение. Все эти персонажи, как и многие другие, – потенциальные клиенты технологий, продуктов и услуг от компании Neuralink и будущих кибертехнологических гигантов цифровой промышленности.

Отныне именно технологии нейроимплантов и киберпротезирования будут обеспечивать военно-политические преимущества государствам, более выгодную рыночную позицию для коммерческих фирм и более высокие возможности в индивидуальной конкуренции для наемных работников.


Рисунок1.png 

Апостол кибернетического миропорядка, по мнению нейросети «Кандинский»


Как изменятся экономический и финансовый секторы?

Кибернетические импланты – крайне дорогостоящий (на первых порах) продукт, индивидуальное приобретение которого для большинства потребителей возможно только в кредит. Будет ли это «цифровая ипотека» или классический «потребительский кредит» или иная банковская услуга, мы пока не знаем. Однако вслед за приобретением возникает необходимость обслуживания, обновления программного обеспечения (сервисы по подписке или иные способы монетизации). Банк или иная финансово-кредитная организация будет выдавать кредиты «на апгрейд» уже «чипованным» людям с большей уверенностью, так как у них уже есть «кредитная история» и они более замотивированы вовремя вносить платежи, чтобы не расстаться с вновь приобретенным функционалом.

Вследствие этого радикально возрастет социальная сегрегация на условных обеспеченных и востребованных «киборгов» и презираемых в обществе престижного потребления «натуралов». Примерно как в современных неформальных потребительских сообществах, полноправными членами которых нельзя оставаться без «айфона» последней модели.

В рамках «престижного потребления» покупка и установка имплантов станет трендом, социальной модой, даже если функционал приобретенного оборудования будет использоваться только на 10%.

В результате появится целая отрасль «нейрономики», которая охватит практически все сферы человеческой жизни от планирования, зачатия и редактирования генома, рождения и установки базовых имплантов – некоего социального минимума, вплоть до самой смерти биологической части тела и цифрового погребения – архивации на сервере-душехранилище (или перехода в новое тело?) и прочих элементов будущего, прекрасно описанных в фильмах и сериалах «Матрица», «Видоизмененный углерод», «Призрак в доспехах» и других образчиках соответствующего жанра. Эффект самосбывающихся «пророчеств» вполне имеет место быть в развитии цивилизации, с учетом того, что у некоторых фантастов прошлого прогнозы сбывались намного чаще, чем в половине случаев.

Какие эффекты и воздействия на экономику мы можем предположить уже сейчас, без «дальней перспективы»? Как киберпротезирование, цифровой апгрейд человека повлияют на мир финансовых технологий и экономику в ближайшие годы?

Во-первых, это цифровые сервисы и услуги, цифровая ипотека и цифровое кредитование, включая автокредитование и потребительское кредитование «на импланты». Кредитную историю человек будет держать «при себе» – сотрудник банка может получать доступ к характеристикам установленных имплантов и с помощью машинного обучения рассчитать не только платежеспособность клиента, но и его возможности по привлечению новых заемщиков, время экономически активной жизни и необходимость дополнительных страховок и платежей.

Экономические санкции будущего будут включать запрет на передачу и коммерческое использование кибернетических технологий. И если сейчас вам могут отключить из другой страны дистанционный запуск автомобиля, то точно так же могут отключить рентгеновское зрение, дополнительные вычислительный мощности или возможность пользоваться киберпротезированой рукой, не говоря уже о работе внутренних органов.

Финтех-платформы для оплаты новых «прошивок» и финтех-услуги на киборгизацию и апгрейд станут обыденным явлением, как и выделение вычислительных ресурсов в облаке для работы ваших имплантов, если вы – финансовый аналитик, ученый-исследователь или инженер-разработчик цифровых систем. И мощность ваших имплантов в сочетании с профессиональным опытом и личными компетенциями делает вас гораздо более совершенным и конкурентоспособным на рынке труда, чем «голый» искусственный интеллект.

Новый пользовательский опыт и пути его накопления. Пройдя весь путь киберимлантации, регулярно взаимодействуя с объектами внешнего мира, вы сможете напрямую транслировать свой пользовательский опыт и даже зарабатывать на этом. Потому что вы «размечаете данные» – а в мире машинного обучения ничто так не ценится, как уже готовые для тренировки моделей машинного обучения и нейросетей данные. Огромная перспектива для нового поколения блогеров и инфлюэнсеров!

Удаленная идентификация – гарантия свободы выбора продуктов и сервисов, но теперь таким «гарантом» является ваше второе тело – уникальный набор и профиль кибернетических имплантов, а также особенностей и настроек программного обеспечения, который трудно подделать, но теоретически можно скопировать или клонировать.


Рисунок2.png

Семейная ипотека «на апгрейд» в представлении нейросети «Кандинский»


Метавселенная – следующая итерация развития интернета. Большая часть коммуникативных процессов и операций с участием людей, включая совещания, процедуры голосования или принятия решений, может проводиться в искусственной или дополненной реальности. Неизбежно появление нового сегмента цифровых дизайнерских услуг и целого пласта разработчиков, обеспечивающих лучшую «картинку» и подключение нейроимплантов к потоку цифровых данных.

Эффекты от внедрения речевых технологии во фронт-офис банка могут смениться возможностью «мысленного» диалога с банковскими системами на основе образов и смыслов, а не текстовых сообщений. Речевые технологии на базе машинного обучения для создания голосовых помощников, автоматизации кол-центров финансовых организаций, контроля качества сервиса и других задач могут стать неактуальными уже в ближайшее время и потребовать замены с учетом новых форматов коммуникации.

Представьте ситуацию: вы только что подумали об отпуске или новой одежде, а у вас установлен «социальный» имплант, который делится данными с «госуслугами» – и вот вы получаете рекламу бюджетных курортов или новой модели принтера одежды в режиме реального времени. Причем платеж вы можете совершить также сразу, как только мысленно примете решение совершить покупку. На «социальных» имплантах отказаться от навязчивой рекламы в голове будет, увы, невозможно. Потребуется платная подписка или установленное «серым» несертифицированным дилером оборудование с рисками получить вирусное заболевание, передающееся цифровым путем.

Криптовалютная индустрия уже в 2024 году может получить новый импульс. Представьте себе, что теперь само человеческое тело – это криптокошелек или ключ доступа к облачному хранилищу, которое всегда с тобой.

Блокчейн – системы и командная работа в режиме сопряжения или непосредственного подключения имплантов от нескольких единиц до десятков и сотен тысяч намного повысит производительность производственных процессов, но и одновременно вызовет увеличение степени эксплуатации работников. Лишенные возможности «апгрейда» не смогут встроиться в новый мир с более насыщенными коммуникациями и требованиями к индивидуальной производительности умственного труда. К сожалению, идеи «резервации» и «зоопарка» для таких индивидуумов могут получить реальное воплощение в обществе победившего трансгуманизма.

Интернет вещей и управление – домом, офисом, транспортом и бизнес-процессами на предприятии – станет повседневной реальностью. Появятся новые возможности для удаленной работы, когда высококлассный специалист сможет управлять роботом-манипулятором на другом полушарии планеты или в ближнем космосе.

Одновременно появятся новые возможности для зарабатывания средств самозанятыми и индивидуальными предпринимателями, например, сдача в аренду вычислительных возможностей своих киберимплантов и разработанных моделей машинного обучения и нейросетей. С помощью киберимплантов становится возможным объединение социальных сетей и финансов на блокчейне, реализуется на практике модель монетизации социального влияния пользователей.


Рисунок3.png

«Нейрономика», по мнению нейросети «Кандинский»


Одновременно повысится эффективность государственного управления: от сборов налогов до обеспечительных действий, предпринимаемых по решению киберсуда и исполняемых «мгновенно». Право станет преимущественно прецедентным – гибридные человеко-машинные правовые системы будут учиться на опыте прошлого и выносить достаточно точные и объективные решения в типовых случаях. Для наработки прецедентной базы будут использоваться многочисленные модели «обучения с подкреплением». Разжалобить или подкупить судью уже не получится.

Перспективы использования технологии невзаимозаменяемых токенов (NFT) в ближайшей и среднесрочной перспективе возрастают при сочетании с киберимплантами. И здесь речь не только об уникальности, неповторимости, но и о специфическом наборе программных установок и настроек, которые сделают вас более совершенными, востребованными и конкурентоспособными на рынке. Наличие уникальных и никому не доступных преимуществ существенно повышает конкурентоспособность.

Естественно, возрастет число мошенничеств, связанных с NFT и возможным взломом киберимплантов или компрометацией данных, загруженных с их помощью в облачные хранилища. Потребуются более сложные системы тестирований, ограничений и протоколирования доступа. Работы кибербезопасникам только прибавится – ведь взломать могут не только ваш банковский счет, но и ваше тело, для того чтобы совершить определенные и, как правило, противоправные действия без вашего ведома. Кто будет виновным в том случае, если компьютерный вирус в вашем импланте взломал банкомат (наличность будет крайне востребована у «натуралов») или угнал автомобиль по причине несвоевременного обновления вашего программного обеспечения и средств защиты? Правовая система не знает подобных инцидентов, и именно поэтому условные «взлом без умысла» или «угон по неосторожности», равно как и содействие им могут стать одним из пунктов криминального обвинения для нерадивых «киборгов», пренебрегающих чувством социальной ответственности по отношению к остальным и забывающих обновлять платные прошивки безопасности…

P. S. Точные прогнозы – достаточно неблагодарное дело. От прототипа до коммерческого внедрения нейроимплантов может пройти как несколько месяцев, так и несколько лет. Не стоит забывать про традиционную пока еще человеческую бюрократию и разрешительную документацию. Однако нельзя не учитывать общие тренды современной экономики, зависимости, связанные с человеческим поведением в условиях появления новых возможностей, новых рисков и угроз. Бюрократические препоны преодолеваются волевым усилием в периоды военных конфликтов и геополитических обострений. Упорное игнорирование тревожной информации и новых трендов может сыграть как с отдельным человеком, так и с целыми обществами плохую шутку, если в ответ на предложение: «Пойдем со мной, если хочешь жить» (цитата из кинофильма «Терминатор») – они предпочтут оставаться в спасительном неведении настоящего с неизбежным последующим кризисом, потерями и сходом на обочину истории.

 Рисунок4.png

«Престижное потребление» и «завистливое подражание» в представлении нейросети «Кандинский»


PLUSworld в соцсетях:
telegram
vk
dzen
youtube