Уходящий 2023 год наверняка запомнится микрофинансовым организациям очередной волной регуляторных изменений, поиском и освоением новых сегментов. О том, что важного произошло на рынке и что можно ожидать в будущем, порталу PLUSworld рассказывает Алексей Имховик, генеральный директор МФК «Саммит» («ДоброЗайм»).
Уже не микро, но еще не макро
По данным Банка России, совокупный портфель действующих займов МФО на конец третьего квартала 2023 года составил 424 млрд руб. А по итогу года можно ожидать значений на уровне свыше 440 млрд руб. Несмотря на преодоление очередного порога (портфель впервые превысил отметку в четыре сотни млрд руб.), темпы роста замедлились и будут продолжать замедляться.
Влияние на динамику оказывают регуляторные изменения. Так, в начале года были введены макропруденциальные лимиты (МПЛ — ограничения по допустимой доле заемщиков с предельной долговой нагрузкой определенного регулятором уровня). В январе–сентябре 2023 года они рассчитывались по заемщикам с долговой нагрузкой свыше 80%, составляя не более 35% в первом и втором кварталах и 30% в третьем квартале. В четвертом квартале аналогичный лимит был снижен вдвое — до 15%. Дополнительно была добавлена новая категория лимита: для заемщиков с ПДН 50–80% были установлены отдельные МПЛ в 30% и 20% в зависимости от типа кредитования.
Кроме того, была сокращена максимально допустимая дневная ставка по займам — с 1% до 0,8% в день, и предельный размер переплаты по ним — с 1,5Х до 1,3Х от суммы займа.
Безусловно, портфель займов МФО, на первый взгляд, по-прежнему остается далек от «маркерного» (в частности, составляет менее 3% от портфеля банковских потребкредитов). Вместе с тем стоит учитывать высокую концентрацию сегмента: на 70 крупнейших компаний приходится порядка 80% объема действующих займов. Топ-20 имеют активы сопоставимые по размерам со средними банками, а их выдачи (объем выданных за тот или иной период займов) опережают среднерыночные. Например, если рост выдач по рынку в целом в январе–сентябре 2023 года составил 29%, мы у себя зафиксировали увеличение практически вдвое (до 5,1 млрд руб. с 2,8 млрд руб. годом ранее).
Конкуренция между собой и с банками
Одна часть принятых и ожидаемых к принятию в будущем году регуляторных мер влечет за собой только небольшую перестройку бизнес-процессов и моделей, вторая — действительно требует значительных ресурсов. Поэтому крупные компании продолжают делать ставку на технологии и маркетинг, готовясь, что гонка за дальнейшее наращивание доли рынка окажется не спринтом, а марафоном. Так, мы, например, только за этот год внедрили несколько десятков новых сервисов и инструментов, включая авторизацию через Госуслуги, автораспознавание паспортных данных, роботизировали процесс подачи иска на судебное взыскание просроченной задолженности и подключили в кредитный конвейер нейросеть. Все это требует не только времени и соответствующей квалификации персонала, но и финансирования. Поэтому, к сожалению, средним компаниям, не говоря о малых, все сложнее будет догонять крупнейших кредиторов. Исключения, пожалуй, могут составить собственные банковские МФО. Последних, кстати, становится все больше. На фоне регуляторных ограничений (в частности, МПЛ у банков еще более жесткие, чем у МФО) кредитные организации уже начали терять часть клиентской базы и вряд ли захотят отдавать своих заемщиков просто так. А значит, в наступающем 2024 году мы можем увидеть появление ряда новых МФО, входящих в банковские группы.
Для «отдельно стоящих» микрофинансовых организаций существенной угрозы такие выходы на рынок не несут. Во-первых, приток новых участников — это всегда положительный момент для оздоровления конкуренции. Во-вторых, чтобы научиться эффективно работать в сегменте, нужны годы. Кроме того, «отдельно стоящие» МФО, как правило, отличает гибкость и отсутствие избыточной внутренней зарегулированности, что в условиях волатильности дает им фору — простоту адаптации бизнес-процессов к внешним условиям. А значит, взять рынок штурмом банковским дочерним структурам будет как минимум весьма сложно.
Заметное усиление конкуренции и проникновение в сегмент МФО т. н. классических банковских клиентов происходит не только за счет МПЛ, но и благодаря активной цифровизации сегмента, направленной в т. ч. на ускорение выдач без потери качества портфеля. В целом же количественное соотношение заемщиков МФО и банков меняется быстрее, чем объемы выдач. Если в начале 2020 года на 1 заемщика МФО приходилось 17 банковских, то в начале 2023 года это соотношение составляло уже 1 к 10 соответственно.
Предприниматели тоже клиенты
Справедливости ради стоит отметить, что не только банки, но и сами МФО активно ищут и осваивают новые для себя ниши. В первую очередь в 2023 году интерес проявился к BNPL-продуктам (разновидность рассрочки на приобретение товаров и услуг), а также займам субъектам МСП. При этом, если первый сегмент в принципе достаточно нов равнозначно для всех типов входящих в него организаций, то во втором намечается тихая революция: раньше в нем доминировали МФО с государственным участием (фонды поддержки предпринимательства, создаваемые региональными ведомствами), в уходящем году ситуация стала заметно меняться.
Так, если в 2022 году доли государственных и коммерческих МФО в общем объеме выдач субъектам МСП составляли 80% и 20% соответственно, то уже по итогу первого полугодия 2023 года соотношение стало 61% к 39%. При этом первых в России насчитывается чуть менее 200 организаций, а среди «привычных» МФО он обеспечен парой десятков компаний.
Вместе с тем открытой конкуренцией происходящие процессы назвать сложно. Во-первых, МСП по-прежнему является тем сегментом, где спрос значительно превышает предложение. Во-вторых, в силу разного статуса и регулирования коммерческие и некоммерческие МФО не сильно пересекаются на поле клиентской аудитории. Первые охотнее вторых работают с новыми клиентами, а также с «молодым» бизнесом (существующим менее 2–3 лет). И помимо сотрудничества с предприятиями из «традиционных» сфер бизнеса, активно и вполне успешно кредитуют новые направления (например, продавцов маркетплейсов).
Завтра было вчера
Можно с уверенностью сказать, что в будущем году микрофинансовому рынку еще предстоят новые вызовы, даже при отсутствии каких-либо значительных экономических потрясений. В частности, с января 2024 года МФО будут обязаны рассчитывать предельную долговую нагрузку по всем займам, включая небольшие — на сумму менее 10 тыс. руб. (сейчас для таких продуктов она не рассчитывается). Кроме того, с октября вводятся существенные изменения в порядок формирования микрофинансовыми организациями резервов. Что же касается МПЛ, регулятор уже неоднократно подавал сигналы рынку, что намерен и дальше развивать данный инструмент, особенно в том случае, если ситуация с закредитованностью населения не изменится. При этом речь может идти не только об изменении порога, но и о снижении предела долговой нагрузки, от которого лимиты рассчитываются.
Крупные и часть средних компаний, повторюсь, имеют больше шансов пройти эти изменения без потерь за счет развития технологий и доступа к дополнительному фондированию. Консолидация рынка продолжится, в т. ч. на фоне ухода небольших компаний — до 15–20% участников рынка.
Несмотря на замедление динамики, рост рынка в 2024 году, вероятно, сохранится и составит 10–20% в зависимости от влияния внешних факторов.
В любом случае рынок выработал высокий уровень толерантности к внешнему давлению: репутационному, регуляторному и, главное, общей волатильности. И уже видел не один кризис. Поэтому ожидать каких-то существенных потерь, во всяком случае среди крупнейших компаний, было бы как минимум преждевременно.
Фото: предоставлено автором / ПЛАС
