Криптовалютный рынок входит в фазу трансформации, которая мало напоминает спекулятивные всплески 2017 или 2021 годов. На данном этапе основную роль играют институциональные игроки, регуляторные рамки и технологическая зрелость. Вместе они постепенно превращают цифровые активы из объекта ажиотажа в полноценную финансовую инфраструктуру. Подробнее об этом порталу PLUSworld рассказывает Владимир Горгадзе, заведующий кафедрой блокчейн МФТИ (базовая организация — научный центр «Идея»), сооснователь токенизационных платформ Atomyze.
Это подтверждается состоянием рынка. Например, биржевые фонды в США, ориентированные на биткоин, аккумулировали около 114 млрд долларов, что эквивалентно примерно 6,5% от совокупной рыночной капитализации BTC. Объем выпуска стейблкоинов достиг $300 млрд, а их транзакционная активность уже сопоставима с оборотами американской системы Automated Clearing House (электронная платежная сеть США для пакетной обработки больших объемов кредитных и дебетовых транзакций между банками). Токенизация реальных активов за короткое время выросла, по оценке от некоторых методов подсчета, с $5 млрд до $24 млрд.
Ключевые тренды, которые уже проявляются на рынке и, с высокой вероятностью, продолжат усиливаться в 2026 году, представлены ниже.
Биткоин превратился в полноценный институциональный актив
Одобрение спотовых биткоин-ETF в январе 2024 года стало поворотной точкой: рынок фактически получил зеленый свет для масштабного притока институционального капитала. Фонд IBIT от BlackRock в одиночку аккумулировал $75 млрд, став одним из самых быстрорастущих ETF-запусков в истории финансовых рынков. В течение 2025 года фонд MicroStrategy приобрел 671 268 биткоинов, что, по текущей оценке, эквивалентно инвестициям на сумму свыше 60 млрд долларов.
Статистика институционального принятия выглядит показательно. 86 процентов институциональных инвесторов либо уже владеют биткоином, либо планируют включить его в свой портфель в 2026 году. Более 55% традиционных хедж-фондов имеют крипто-экспозицию: в 2024 году этот показатель составлял 47%. Goldman Sachs вложил 1,7 млрд долларов напрямую в биткоин-ETF и приобрел Innovator Capital, управляющую активами на 28 млрд долларов, целенаправленно усиливая свои компетенции в крипто-инфраструктуре.
Волатильность биткоина заметно снизилась. К концу 2025 года она опустилась до диапазона 35-40% против более чем 60% в середине 2024 года. По уровню риска актив стал сопоставим с крупнейшими технологическими акциями. Прогнозы по цене на 2026 год варьируются от умеренных 143 тыс. долларов по оценке Citi Research до оптимистичных $250 тыс. от Fundstrat. Основные драйверы остаются прежними – продолжающиеся притоки в ETF и потенциальное снижение ставок Федеральной резервной системы США.
Ключевое отличие текущего цикла заключается в источнике роста. Если биткоин действительно достигнет этих уровней, движение будет обусловлено не розничной эйфорией и не спекуляциями с плечом, а перераспределением институционального капитала. В этом сценарии биткоин все чаще рассматривается как макроэкономический хедж, а не как инструмент краткосрочной игры. Уместно будет вспомнить сравнение майнинга биткоина с добычей золота, которое сделал в своей основополагающей статье легендарный Сатоши.
Токенизация активов (RWA)
Токенизация активов за три года выросла на 380% и к середине 2025 года достигла $24 млрд. Текущая динамика указывает на диапазон 50-60 млрд долларов к концу 2026 года. В более длинном горизонте оценки выглядят еще масштабнее. По расчетам Standard Chartered, рынок способен вырасти до 30 трлн долларов к 2034 году.
Отдельного внимания заслуживают токенизированные казначейские облигации США. Их объем увеличился на 545% в годовом выражении и достиг 5,6 млрд. долларов. Фонд BlackRock BUIDL, представляющий собой токенизированный трежерис-продукт, стал эталонной моделью того, как традиционные управляющие активами могут предлагать нативные блокчейн-инструменты. Следующим вектором роста становится частные кредиты. Уже токенизировано 18,4 млрд долларов, и этот сегмент привлекает таких игроков, как Apollo Global Management.
JPMorgan запустил токенизированный фонд денежного рынка с начальным капиталом 100 млн долларов для институциональных клиентов. Параллельно развивается сеть Canton Network, созданная компанией Digital Asset совместно с крупнейшими банками. Она изначально проектируется под поддержку триллионов долларов в токенизированных активах.
Стейблкоины становятся платежной инфраструктурой
Стейблкоины прошли путь от инструмента криптотрейдинга до базового элемента финансовой системы. К декабрю 2025 года рынок достиг 309 млрд долларов: рост более 50% по сравнению с началом года (около 200 млрд долларов). Капитализация USDT от Tether выросла до 175 млрд долларов, а USDC от Circle до 73,4 млрд долларов.
Ключевым показателем в случае со стейблкоинами является не капитализация, а оборот. Годовой объем транзакций в 2024 году достиг порога в 35 трлн долларов, а только за 11 месяцев 2025 года он составил 51,7 трлн долларов, что свидетельствует о существенном росте интереса к данному классу активов, приблизившись к масштабам Visa и Mastercard. Galaxy Research прогнозирует, что уже в 2026 году эти объемы превысят показатели американской системы ACH. Долгосрочные оценки по капитализации стейблкоинов варьируются от 1,2 трлн долларов к 2028 году по версии Coinbase до 4 трлн долларов к 2030 году по оценке Citi.
Регуляторная среда также изменилась. Принятый в июле 2025 года закон GENIUS Act сформировал первый федеральный режим регулирования стейблкоинов, обязав эмитентов обеспечивать выпуск один к одному казначейскими облигациями США или банковскими депозитами.
Другие трансформационные тренды
В 2026 году на рынок также будут влиять несколько менее масштабные, но принципиально важные сдвиги. Например, корпоративные биткоин-резервы выходят за рамки пассивного хранения: компании становятся активными участниками ончейн-экономики, используя профессиональное кастодиальное хранение, торговые стратегии и работу с блокчейн-инфраструктурой напрямую.
Одновременно возрастает спрос на технологии приватности. Для институциональных игроков защита торговых стратегий и финансовых данных становится обязательным условием, а не опцией. На этом фоне усиливается интерес к решениям на базе zero-knowledge и другим privacy-инструментам, совместимым с регуляторными требованиями.
Многосторонние вычисления (MPC) становятся стандартом безопасности для институциональных участников к 2026 году, обеспечивая распределение ключей без «единой точки отказа» (SPOF, любой компонент, устройство, сервис или даже человек, отказ которого приводит к полной остановке или неработоспособности всей системы, сети или бизнес-процесса) для кастодиальных, DeFi и RWA-решений.
Рынок криптографических методов Secure MPC, который позволяет нескольким сторонам совместно выполнять вычисления над своими приватными данными так, чтобы ни одна из сторон не узнала данные других для достижения корректного результата, вырастает до 1,1 млрд долларов при лидерстве таких провайдеров, как Fireblocks и Fordefi, а также за счет глубокой интеграции MPC-моделей в инфраструктуру токенизированных активов.
Рынки прогнозов переходят в институциональную плоскость, превращаясь из крипто-эксперимента в инструмент управления рисками. Инвестиции со стороны традиционных биржевых операторов подтверждают их инфраструктурный статус. Параллельно формируется еще один базовый слой Web3 — proof-of-humanity. По мере роста ИИ и развития ончейн-управления ключевым элементом экосистемы становится доказательство того, что участником взаимодействия является конкретный живой человек, а не бот или алгоритм.
Конкуренция между Layer 1 сетями также меняет характер. Ethereum и Solana развиваются не по принципу «победитель забирает все», а как разные архитектурные подходы под различные сценарии использования. Наконец, подготовка к постквантовой криптографии остается долгосрочным фактором. Это не риск ближайшего цикла, но элемент стратегического планирования, который уже учитывается институциональными инвесторами.
Риски и значение происходящих изменений
Риски сохраняются даже на фоне ускоренной институционализации крипторынка. Существенная волатильность, включая коррекцию порядка 30% в конце 2025 года, по-прежнему оказывает давление на участников рынка. Дополнительными источниками нестабильности остаются высокая доля заемных позиций и распространение агрессивных стратегий лупинга, то есть цикличного использование активов для повышения доходности, которые усиливают системные риски. К этому добавляются отставание регуляторной базы от темпов технологического развития, фрагментация ликвидности между площадками и сохраняющиеся уязвимости смарт-контрактов, продолжающие оказывать влияние на рыночную динамику. К долгосрочным факторам неопределенности относятся квантовые вычисления и макроэкономическая среда, хотя их прямое влияние в 2026 году ограничено.
Одновременно 2026 год фиксирует структурный перелом. Крипторынок выходит за рамки спекулятивных циклов и превращается в финансовую инфраструктуру. Выигрывают те участники, кто рассматривает текущий этап как ускорение институционального принятия. Фокус смещается от прогнозов цен к выбору протоколов и инфраструктуры, которые станут основой финансовой системы следующего десятилетия.
Заключение
Данные последних лет показывают, что крипторынок вошел в качественно новую фазу развития. На это указывают рост биткоин-ETF до сотен миллиардов долларов, взрывной масштаб токенизации реальных активов, превращение стейблкоинов в глобальные платежные рельсы и институционализация DeFi. Криптовалюта перестает быть периферийным рынком и встраивается в ядро финансовой системы.
Ключевой сдвиг заключается в природе привлеченного на рынок капитала и мотивации участников. Институциональные инвесторы заходят в цифровые активы не ради краткосрочной спекуляции, а как в инфраструктурный слой. Это снижает роль циклической эйфории и повышает значение регуляторной определенности, масштабируемых сетей и устойчивых бизнес-моделей.
2026 год становится точкой фиксации этого перехода. Рынок еще сохраняет риски, от волатильности и технологических уязвимостей до макроэкономической неопределенности, но вектор движения уже задан. Победителями следующего этапа станут не те, кто пытается угадать ценовые пики, а те, кто вовремя распознает формирующиеся стандарты. Именно они определят архитектуру финансовой системы ближайших десяти лет.
Фото: предоставлено автором
