27 января 2023, 11:06
Количество просмотров 2530

Цифровой рубль. Неоднозначные изменения

Алия Юсупова, руководитель Комитета по правовым вопросам Ассоциации «Финансовые инновации» и ведущая нашей колонки «Законодательство», продолжает анализировать планируемые изменения в российском законодательстве. В этот раз речь пойдет о цифровом рубле.
Цифровой рубль. Неоднозначные изменения

Итак, в конце минувшего 2022 года в Государственную думу РФ внесены проекты нормативных актов, касающиеся вопросов обращения цифрового рубля: № 270852-8 «О внесении изменений в части первую, вторую и третью Гражданского кодекса Российской Федерации» и № 270838-8 «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с внедрением цифрового рубля».

В силу актуальности данного направления эти проекты, несомненно, заслуживают отдельного обсуждения. Сегодня мы остановимся на их базовых положениях, обрисовывающих суть предлагаемой правовой конструкции.

Во-первых, законопроектами определена структура субъектов отношений, связанных с цифровым рублем. Прежде всего это оператор платформы цифрового рубля — Банк России. Согласно подготовленным изменениям он организует и обеспечивает бесперебойное функционирование платформы цифрового рубля, а также устанавливает правила платформы цифрового рубля.

Затем в перечне субъектов отношений следуют участники платформы цифрового рубля, в числе которых операторы по переводу денежных средств и иностранные банки, а также пользователи платформы — физические и юридические лица, ИП, органы власти, органы местного самоуправления. Исходя из этого перечня, возможно предположить, что цифровой рубль предназначен для максимально широкой аудитории.

Интересно, что в Гражданском кодексе РФ (далее — ГК) цифровой рубль будет отнесен к безналичным денежным средствам, а расчеты цифровыми рублями, соответственно, — к безналичным расчетам.

Также определен расчетный инструментарий — цифровой счет (кошелек). Термин «кошелек», кстати, впервые предполагается узаконить, и только в отношении цифрового рубля. Между тем в настоящее время этот термин в устоявшемся в деловом обороте значении используется преимущественно в отношении электронных денежных средств.

Согласно рассматриваемым изменениям в ГК цифровой счет (кошелек) открывается в рамках платформы цифрового рубля в соответствии с договором цифрового счета (кошелька). Неотъемлемой частью такого договора станут правила платформы цифрового рубля. Согласно определению, эти правила будут сформированы из нормативных актов Банка России, а также решений Совета директоров Банка России. Причем оператор платформы цифрового рубля не сможет в одностороннем порядке изменять условия договора цифрового счета (кошелька) за исключением тех условий этого договора, которые определенны правилами платформы. Но поскольку ни сами правила, ни их проект до настоящего времени не опубликованы, а закрытый перечень требований к содержанию правил законодателем не предложен, сейчас можно только догадываться о том, в какой степени договор цифрового счета будет подвержен односторонним изменениям со стороны оператора и насколько серьезно такие изменения будут влиять на его содержание.

В этой связи, на наш взгляд, не вполне вписывается в систему проектируемых изменений положение, согласно которому при заключении договора цифрового счета такой счет открывается «на условиях, согласованных сторонами».

Принимая во внимание то, что правила платформы определены как нормативные акты Банка России и являются неотъемлемыми условиями договора цифрового счета (кошелька), кажется логичным уточнить, о каких именно согласованных сторонами условиях в данном случае идет речь, и действительно ли ЦБ как оператор платформы готов проводить процедуру согласования условий договора цифрового счета с широким кругом пользователей, в том числе — с физическими лицами.

На наш взгляд, требуется уточнение и еще одного вопроса. В соответствии с проектируемыми изменениями в ГК, к отношениям сторон по договору цифрового счета применяются общие положения о банковском счете, если иное не вытекает из существа обязательства или отношений сторон договора. С учетом того, что в соответствии с изменениями в ГК обязанности по цифровому счету возникают у оператора платформы цифрового рубля, и такие обязанности большей частью уже определены рассматриваемыми законопроектами, полагаем, что сама предложенная правовая конструкция «если иное не вытекает из существа обязательства или отношений сторон договора» законодателем в достаточной степени не раскрыта.

Итак, одна из сторон такого договора, предположительно, оператор платформы цифрового рубля, поскольку именно он несет обязанности по цифровому счету (кошельку), другая сторона — скорее всего, участник платформы цифрового рубля или пользователь платформы цифрового рубля, так как именно на цифровой счет (кошелек) участника платформы цифрового рубля или пользователя цифрового рубля вносятся цифровые рубли.

Содержащееся в изменениях в ГК указание на кошельки двух поименованных субъектов, очевидно, предполагает разный статус этих кошельков.

Кроме того, согласно подготовленным законодательным изменениям функции участника платформы цифрового рубля могут осуществляться самим Банком России. Таким образом, возможно предположить, что в этом случае Банк России будет выполнять обязанности по договору цифрового счета (кошелька) в отношении самого себя. Подобная договорная конструкция неизбежно вызовет вопросы.

В завершение темы коснемся еще одного немаловажного аспекта.

Согласно проектируемым изменениям в ГК, интересы оператора платформы цифрового рубля в отношениях с пользователем платформы цифрового рубля может представлять участник платформы цифрового рубля. При этом отношения участника и оператора в указанном случае определяются заключенным между ними договором. Между тем обеспечение доступа к платформе цифрового рубля участником платформы и порядок обслуживания цифрового счета (кошелька) уже отчасти очерчены в предлагаемых законодателем изменениях. Поэтому не вполне понятно, каким будет содержание вышеуказанного договора.

Кроме того, участник платформы цифрового рубля, по всей видимости, может и не представлять интересы оператора платформы цифрового рубля в отношениях с пользователем платформы цифрового рубля. Вопрос — в каких случаях? А если все-таки представляет, то также не ясно, в какой части. И если подобные вопросы будут урегулированы двусторонним договором между участником и оператором, то каким образом эта информация станет доступна пользователю?

Вернемся к проектируемому определению участника платформы цифрового рубля, которое в предложенной редакции кажется несколько размытым. А именно: участник платформы цифрового рубля обеспечивает, в соответствии с правилами платформы цифрового рубля, доступ пользователям платформы цифрового рубля к платформе цифрового рубля и цифровым счетам (кошелькам), а также возможность совершения операций с цифровыми рублями.

На этом фоне приходится констатировать, что в текущей редакции рассматриваемых законопроектов действительно не усматривается детализации тезиса о правомочиях участника. В частности, не усматривается и решение законодателя относительно присвоения уникального идентификатора пользователя платформы цифрового рубля (проектируемые изменения в закон «Об электронной подписи»).

Справедливости ради отметим, что некоторую определенность все-таки вносят проектируемые изменения в закон «О Центральном банке Российской Федерации (Банке России)», в соответствии с которыми «оператор платформы цифрового рубля непосредственно обеспечивает доступ к цифровым счетам (кошелькам) кредитным организациям и иным лицам, указанным в статьях 46 и 48 указанного закона, а в случаях, определенных Банком России, также юридическим лицам на основании договора». Получается, в иных случаях такой доступ обеспечивается участниками?

Нельзя не обратить внимание и на следующие проектируемые изменения.

  1. Оператор платформы цифрового рубля вправе приостанавливать доступ к платформе цифрового рубля в случае нарушения участниками платформы цифрового рубля, пользователями платформы цифрового рубля правил платформы цифрового рубля, а также в случаях, предусмотренных федеральными законами.
    Вопрос: Означает ли такое приостановление доступа к платформе прекращение договора цифрового счета (кошелька)?
  2. Участник платформы цифрового рубля вправе взимать с пользователя платформы «плату за совершение операций с цифровыми рублями, оказываемых в рамках платформы цифрового рубля, максимальные значения размера которой устанавливаются Советом директоров Банка России».

С учетом вышеизложенного складывается впечатление, что законодатель пока так и не пришел к сбалансированному решению о точке опоры для всей рассматриваемой юридической конструкции цифрового рубля, иными словами, не определился, находится ли она в публично-правовом поле или в области гражданско-правового регулирования.

Возможно, помочь принять такое решение помогут конкретные кейсы по использованию цифровых рублей. Кстати, и в этой части хотелось бы большей конкретики.

А пока, не имея возможности ознакомиться в полном объеме с кейсами и правилами, будем считать, что раскрытие оставшихся вопросов регулирования цифрового рубля ожидается в скором будущем.

Рубрика:
{}Регуляторы

PLUSworld в соцсетях:
telegram
vk
dzen
youtube