Журнал ПЛАС » Мнения экспертов »

Криптовалюты в России – казнить нельзя помиловать? Взгляд РАКИБ

О перспективах криптовалют и криптобизнеса в России на фоне готовящегося законопроекта об обращении цифровых валют в РФ, который призван нивелировать  имевшиеся разногласия между Банком России и Минфином, мы беседуем с Юрием Припачкиным, президентом Российской ассоциации криптовалют и блокчейна (РАКИБ).

Криптовалюты в России – казнить нельзя помиловать? Взгляд РАКИБ

PLUSworld.ru: 26 января 2022 года президент Владимир Путин призвал Центробанк и правительство прийти к единому мнению в вопросе криптовалют и их регулирования в России, отметив, что ЦБ не стоит на пути прогресса, выступая за запрет обращения криптовалют в стране. Поводом стал доклад ЦБ «Криптовалюты: тренды, риски, меры», где, в частности, говорится о необходимости введения запрета на организацию выпуска и (или) выпуск, организацию обращения криптовалюты (в т. ч. криптобиржами, криптообменниками, P2P-платформами) на территории Российской Федерации. При этом представители Минфина придерживаются диаметрально противоположной точки зрения, и не одиноки в этом вопросе. Как вы расцениваете причину подобных разногласий? Возможен ли в РФ полный запрет «крипты» по «китайскому сценарию»?

 Ю. Припачкин: Разногласия в позициях ЦБ РФ и остальных органов исполнительной власти, включая силовой блок, начались намного раньше, после поручений президента РФ по итогам совещания по вопросу использования цифровых технологий в финансовой сфере (Пр-2132 от 21.10.2017). То, что эти поручения в большинстве своем до сих пор не выполнены, целиком заслуга главного финансового регулятора страны с его непримиримой позицией ко всем новейшим финансовым инструментам, основанным на публичном блокчейне, и в первую очередь к криптовалютам.

Эффективный централизованный контроль децентрализованных финансов, находясь в парадигме экономических отношений прошлого века, действительно осуществлять крайне сложно. Намного проще все запретить (несмотря на техническую невозможность запрета), чем попытаться осознать и адаптировать новые финансовые инструменты к сложившейся экономической реальности.

В этом смысле позиция Минфина России намного более конструктивна и, по сути, отражает позицию остальных министерств и ведомств правительства, силового блока, в том числе Росфинмониторинга. Есть абсолютное понимание того, что в случае запрета, на котором настаивает ЦБ, предприниматели, деятельность которых так или иначе связана с публичным блокчейном и криптовалютами, немедленно выведут свой бизнес из страны в другие юрисдикции. По сути, это будет означать прекращение деятельности в РФ целой индустрии с многомиллиардными оборотами и десятками тысяч рабочих мест. При этом сами сделки с криптовалютами просто уйдут «в тень».

Однако последние события, в том числе принятие дорожной карты регулирования криптоотрасли на уровне правительства РФ, вселяют оптимизм и надежду на то, что здравый смысл восторжествует.

По поводу китайского сценария запрета оборота криптовалют в момент внедрения цифрового юаня, который часто приводят в пример, следует отметить, что этот запрет не распространяется на всю территорию страны. Сохранена возможность работы с криптовалютами в специальном административном районе Гонконг, где их оборот законодательно регулируется. Сформирован Национальный блокчейн-комитет, который отрабатывает взаимодействие цифрового юаня и криптовалют.

Абсолютный запрет на оборот криптовалют ввели такие юрисдикции, как Алжир, Бангладеш, Египет, Ирак, Марокко, Непал, Катар, Тунис. Этим странам придется пройти еще долгий путь, чтобы встать в один ряд с высокоразвитыми экономиками мира.

PLUSworld.ru: Есть ли, на ваш взгляд, прямая связь между планами регулятора по созданию цифрового рубля и запретом оборота криптовалюты?

Ю. Припачкин: Можно попытаться провести такую параллель, особенно если допустить, что российский регулятор просто копирует политику своего китайского коллеги. Однако цель Народного банка Китая не в тотальном запрете криптовалют, а в вытеснении доллара и других валют из международных расчетов и стремление сделать юань мировой валютой, в достижении которой он уже достаточно преуспел.

Конструктивных шагов по защите национальной экономики от долларовой зависимости со стороны Центрального банка РФ пока не наблюдалось, несмотря на то, что такая задача декларировалась с 2014 года, когда впервые была озвучена угроза отключения РФ от международной платежной системы SWIFT.

На этом фоне позиция отечественного регулятора по полному запрету оборота криптовалют, которая, кроме всего прочего, как я уже отмечал, не может быть технически реализована, не соответствует уже сложившейся в стране индустрии и фактически полностью исключает национальную экономику из формирующегося мирового цифрового пространства.

PLUSworld.ru: Депутаты Госдумы Луговой и Аксаков не поддержали идею ЦБ о запрете криптовалют. Оба депутата входят в рабочую группу по легализации майнинга и считают, что разумнее было бы продолжать работу над легализацией индустрии. По словам директора Департамента финансовой политики Минфина Ивана Чебескова, ведомство также выступает за регулирование, а не запрет криптовалют. Чем, на ваш взгляд, обусловлено отсутствие единой позиции по данному вопросу во властных структурах?

Ю. Припачкин: Действительно, со стороны президента РФ было дано поручение правительству и ЦБ представить в кратчайшие сроки консолидированную позицию по законодательному регулированию цифровых валют. В этом вопросе властные структуры РФ вместе с силовым блоком, включая ФСФМ, как раз в полном согласии отстаивают необходимость регулирования, а Банк России в гордом одиночестве настаивает на полном запрете.

Но, судя по последним сообщениям, здравый смысл восторжествовал.

PLUSworld.ru: 46% неквалифицированных инвесторов в России считают криптовалюту защитным активом. По оценкам экспертов, объем вложенных россиянами средств в крипторынок сейчас оценивается на уровне 5 трлн рублей. В случае запрета хождения криптовалюты в России какие инвестиционные инструменты, на ваш взгляд, смогут ее заменить?

Ю. Припачкин: Собственно, никакие.

PLUSworld.ru: В Китае в начале года приняли решение о создании собственного NFT-рынка, не связанного с криптовалютами, обращение которых в стране является незаконным, а расчет на этом рынке будет производиться только в китайских юанях. Означает ли это, что спустя полгода после полного запрета на обращение криптовалюты китайские власти осознали ошибочность этого решения и понемногу «отпускают вожжи»?

Ю. Припачкин: Китай последовательно добивается мировой гегемонии своих технологий, в том числе финансовых. Пока цифровой юань полностью не вытеснит доллар в его международных расчетах, возможности криптовалют досконально исследуются в специальном административном районе Гонконг.

Тот факт, что зарождающийся NFT-рынок также попал под пристальное внимание китайского регулятора, полностью укладывается в общую стратегию Китая по достижению лидирующих позиций на финансовых рынках мира.

PLUSworld.ru: Курсы основных криптовалют биткоина и эфира обвалились в начале 2022 года. Одной из причин падения эксперты называют протестные события в Казахстане и последовавшие за ними проблемы в работе майнеров, находящихся на территории республики. Как вы считаете, насколько этот фактор повлиял на обвал криптовалют?

Ю. Припачкин: Запрет майнинга на основной территории Китая, который до этого занимал преобладающую долю рынка вычислительных ресурсов (более 60%), не мог не сказаться на общей капитализации рынка криптовалют. После перетока большей части китайских майнеров в США и Казахстан, проявившие режим максимального благоприятствования к представителям этой индустрии, Казахстан последовательно увеличивал свою долю с 1,4% до 4,6%, а после августа 2021 года – сразу до 18,1%. В результате он стал вторым после США по величине игроком на рынке майнинга криптовалют. По некоторым оценкам, доля серых майнеров в этой стране, неучтенных в этой статистике, составляет еще не менее 50%.

Поэтому нет ничего удивительного, что после январских событий в Казахстане курс основных криптовалют пошел на снижение.

Однако, так же как и после заявлений китайского регулятора, январские отключения электроэнергии в Казахстане, повлиявшие на падение курса основных криптовалют, оказали достаточно кратковременный эффект. В настоящее время рынок отыграл обратно значительную долю падения и возвращается в традиционные рамки рыночных колебаний.

PLUSworld.ru: Общеизвестно, что расследованием причин массовых отключений электричества, произошедших в январе в Казахстане, Узбекистане и Киргизии, займется межгосударственная комиссия. При этом ряд экспертов высказывают мнение, что блэкаут мог случиться в том числе из-за высокой активности майнеров, перебравшихся из Китая после запрета на майнинг в соседней стране. Могло ли это на самом деле спровоцировать масштабный сбой в работе энергосистем трех стран?

Ю. Припачкин: Этим вопросом сейчас занимаются профессиональные эксперты не только пострадавших от блэкаута стран, поэтому стоит подождать результатов их работы.

Что касается влияния майнеров на сбои в работе энергосистем у нас в стране, то, как показало чуть более детальное рассмотрение этого вопроса на примере Иркутской области, которая сейчас приводится в качестве чуть ли не главного аргумента противников легализации этой индустрии, влияние майнеров на проблемы планирования и обслуживания электросетей сильно преувеличено.

Так, согласно данным отчета о функционировании ЕЭС РФ за 2021 год, величина прироста годового электропотребления в Иркутской области составила 5,85% (с 56,0 млрд кВтч в 2020 году до 59,3 млрд кВтч в 2021-м), при этом в целом по ЕЭС России величина прироста годового электропотребления в 2021 году составила чуть более 5,5%, т. е. речь идет о вполне сопоставимых величинах.

18 января 2022 года в Законодательном собрании Иркутской области было проведено заседание рабочей группы на тему «Мероприятия по обеспечению надежности электроснабжения на территории Иркутской области», на котором был обнародован фактический прирост потребления мощности населением в 2021 году – 18,2%.

Именно на эту цифру чаще всего ссылаются сторонники запрета майнинга. Однако на этом же заседании были сделаны следующие выводы:

Такой рост произошел в основном по причине значительного роста строительства малоэтажных домов.

В 2020 году в Иркутской области было введено 621,4 тыс. кв. м индивидуальных жилых домов, а в 2021-м 908 тыс. кв. м, рост на 46%.

Уровень количества присоединений, превышающих указанную мощность (15 кВт), остался прежним, что свидетельствует о надуманном ажиотаже, возникающем в средствах массовой информации по поводу угрожающего объема потребления майнерами.

Увеличение потребления мощности майнерами происходит по большей части за счет несанкционированного увеличения мощности потребления электроустановок потребителей и отражается в росте коммерческих потерь.

И далее:

Данная ситуация вызвана недоработкой сотрудников Иркутскэнергосбыта, и физически рост не может быть критично значимым.

Иными словами, проблема негативного влияния майнеров на энергетическую отрасль во многом надумана и декларируется теми, кто заинтересован:

  • всеми доступными способами дискредитировать майнинг и всю криптоотрасль;
  • скрыть свои недоработки в планировании и обслуживании энергосетей за счет поиска «внешнего врага»

В целом же энергетическая отрасль, что неоднократно подчеркивалось на профильных совещаниях, заинтересована в росте потребления и позитивно оценивает влияние майнинга:

Майнеры способствуют снижению конечной цены на электроэнергию и сокращению выбросов, считает директор по энергетическим рынкам и внешним связям Системного оператора Единой энергетической системы Андрей Катаев.

PLUSworld.ru: Внешние эксперты портала PLUSworld.ru, в частности Альфред Хамзин, высказывались, что Казахстану, Узбекистану и Киргизии выгодно создание крупномасштабных майнинг-предприятий, платящих налог, и потребляющих в большом объеме услуги госкорпораций, а меры по временному отключению крупных провайдеров скорее трудности сегодняшнего дня, продиктованные неготовностью инфраструктуры, нежели сигнал о том, что государство будет препятствовать индустрии. Какие, на ваш взгляд, меры будут предприняты к майнерам трех пострадавших от блэкаута республик в ближайшее время?

Ю. Припачкин: Индустрия майнинга в 2021 году обеспечила доход майнерам в размере ~19 млрд долл. США, из которых на Казахстан приходится ~18%, или более 3,4 млрд долл., что, особенно в сравнении с ВВП страны (170 млрд долл. за 2020 год), составляет крайне заметную величину. Причем в отличие от РФ как минимум 1 млрд долл. из этих средств так или иначе поступает непосредственно в экономику страны в виде налогов, оплаты электричества и других услуг. Поэтому отказываться от такого источника дохода за счет каких-либо заградительных мер в сторону майнеров правительства этих стран, думаю, не намерены. А вот сформировать такие правила игры, чтобы оставшаяся «серая» часть майнеров вылезла из «тени», а беглые майнеры из Китая не боялись размещать в них свое оборудование и инвестиции, должно стать приоритетной задачей. Кроме того, такой значительный рост потребления электроэнергии требует соответствующих вложений в развитие и модернизацию всей энергоотрасли не только Казахстана, но и соседних стран.

PLUSworld.ru: Владимир Путин в своем выступлении на совещании правительства 26 января 2022 года, говоря о проблеме регулирования криптовалют и майнинга, напомнил, что в стране имеется профицит электроэнергии и квалифицированные сотрудники. При этом в 2021 году в исследовании Кембриджского университета отмечалось, что Россия уже поднялась на третье место в мире по майнингу биткоина. Как вы оцениваете преимущества России в майнинге? Сможем ли мы подвинуть мировых лидеров – США и Казахстан в этом направлении?

Ю. Припачкин: Безусловно, и не просто сможем, а должны. В Единой энергетической системе РФ наблюдается избыток установленной мощности электрогенерации даже с учетом резервов. Коэффициенты использования установленной мощности электростанций России не достигают и 50% (кроме АЭС – там более 80%). Суммарная мощность всех электростанций в России составляет порядка 250 ГВт, из них не менее 30 ГВт никем не востребованы. Для сравнения – среднегодовая мощность подключенного к электрической сети оборудования для майнинга биткоина в мире (15,8 ГВт) составляет всего лишь около половины профицита электрической мощности РФ.

Задействование только 10% этого ресурса (3 ГВт) обеспечило бы выручку одним лишь энергокомпаниям от поставки электроэнергии майнерам свыше 200 млрд рублей в год, плюс прямые зарубежные инвестиции в инфраструктуру, рабочие места и в целом новый импульс развития удаленных регионов.

Высокая централизация и проблемы локации генерирующих мощностей России, негативно сказывающиеся на текущей общеэкономической ситуации, напротив, могли бы обеспечить технологический и экономический прорыв.

Цифровизация энергетики в сочетании с другими особенностями энергетического комплекса:

  • холодный климат;
  • избыток традиционных топливно-энергетических ресурсов;
  • нахождение значительной части электрогенерирующих мощностей на востоке страны;
  • специфические социально-экономические факторы, наличие высококлассных ИТ-специалистов;
  • большая протяженность территорий с низкой плотностью населенных пунктов –

обеспечила бы дополнительные преимущества и привлекательность для крупных иностранных инвестиций в энергетический комплекс РФ.

Легализация майнинга не только позволит достигнуть заявленных социально-экономических целей, включая:

  • обеспечение развития электрогенерации;
  • снижение и выравнивание тарифов для населения;
  • получение существенной валютной выручки,

но и обеспечит усиление участия и контроля России над мировой блокчейн-инфраструктурой.

 

 

Подписывайтесь на наши группы, чтобы быть в курсе событий отрасли.

Перейти к началу страницы

Подпишитесь на новости индустрии

Нажимая на кнопку "подписаться", вы соглашаетесь с


политикой обработки персональных данных