Журнал ПЛАС » Архив » 2019 » Журнал ПЛАС №4 » 495 просмотров

Роль науки в цифровой трансформации

Роль науки в цифровой трансформации

Искусственный интеллект уже стал эффективным инструментом обеспечения кибербезопасности – дело за финансированием науки

Технологии меняют мир буквально на наших глазах. Реальность трансформируется на всех уровнях: глобальном, национальном, наконец, бытовом. Согласно прогнозам, в ближайшие годы нас ждут новые впечатляющие инновации в самых разных сферах: напечатанные на 3D-принтере автомобили, города без светофоров и даже роботы в советах директоров.

Станислав Кузнецов, заместитель председателя правления Сбербанка

Если сформулировать главный глобальный технологический тренд максимально коротко, достаточно произнести слово «цифровизация». Причем и для компаний, и для целых стран речь идет не просто о том, чтобы быть в тренде: цифровизация – это вопрос выживания в современном высококонкурентном мире.

К тому же необходимо помнить, что цифровая экономика несет в себе не только возможности, но и риски – проблемы кибербезопасности стали актуальными как для бизнеса, так и для каждого владельца смартфона. А в основе цифровой трансформации, которая создает возможности и минимизирует сопутствующие риски, лежит наука, которая становится главной производительной силой нового времени.

России нужна национальная стратегия развития искусственного интеллекта – направления, которое становится ключевым в современном мире

Именно наука обеспечивает бурное развитие технологий – разумеется, при взаимодействии с государством и бизнесом. И чтобы перейти на новый уровень цифровизации, необходимо ее полномасштабное включение в процесс цифрового развития России.

Задача государства – задавать векторы научного развития, определять стратегические приоритеты. У нас сейчас реализуется государственная программа «Цифровая экономика», и ее появление – очень правильный подход. Программа охватывает ключевые направления, от которых зависит будущее России. Но, увы, ни одно из них не выступает в связке с развитием науки.

Как повысить роль науки в цифровой трансформации? Государству необходимо определять ключевые приоритеты и делать рывок в заданном направлении. К примеру, в Китае еще в середине 1980-х запланированные на науку ресурсы были сконцентрированы в нескольких приоритетных направлениях: биологические, авиационные, информационные, лазерные, энергетические технологии и технологии в области автоматизации и материалов. А в 2015 году на основе достигнутых результатов была принята программа «Сделано Китаем 2025», которая определяет десять ключевых отраслей, в числе которых ИТ-индустрия нового поколения, создание станков с цифровым управлением и роботов высокого класса.

Очень хорошо, что мы пришли к пониманию того, что России нужна национальная стратегия развития искусственного интеллекта –  направления, которое становится ключевым в современном мире. Один простой факт: Массачусетский технологический институт (MIT) инвестирует 1 млрд долл. США во внедрение искусственного интеллекта в свои образовательные программы. Отметим – эта грандиозная программа MIT финансируется не государством, а бизнесом!

Компании, в том числе российские, уже прочувствовали, какую пользу им может принести искусственный интеллект. Кстати, согласно исследованию Microsoft, российский бизнес – лидер по внедрению искусственного интеллекта: в нашей стране его активно внедряют 30% компаний, в то время как в США и Европе этот показатель немногим превышает 22%.

Искусственный интеллект уже стал эффективным инструментом обеспечения кибербезопасности – банки используют его в системах предотвращения мошенничества в отношении своих клиентов. Это особенно актуально в условиях роста так называемой «социальной инженерии»: психологической манипуляции, в результате которой мошенник получает доступ к деньгам излишне доверчивого человека. Системы, основанные на искусственном интеллекте, научились выявлять подозрительные банковские операции и предупреждать клиентов.

Однако киберпреступники тоже не стоят на месте: по нашим прогнозам, уже в ближайшее время мошенники, которые сегодня обзванивают потенциальных жертв под видом сотрудников банков или госорганов, будут использовать роботов, имитирующих чужие голоса. И это означает новый уровень опасности: услышав знакомый голос, человек с гораздо большей долей вероятности выполнит действие, в котором заинтересован злоумышленник. Соответственно, банки должны приготовиться к защите клиентов и от такого вида атак – и в этом им снова поможет искусственный интеллект.   

Эти примеры в очередной раз подтверждают, что кибербезопасность относится к числу наукоемких сфер, и ей остро необходимы специалисты с хорошим научным бэкграундом. С количеством выпускников профильных вузов в России дело обстоит нормально – каждый год вузы выпускают 7–8 тысяч специалистов. Вот только уровень их подготовки неприменим к сегодняшним реалиям, и бизнесу приходится этих ребят переучивать – так что вузы в этой ситуации работают практически вхолостую. Получается, что ситуация с кибербезопасностью в стране напрямую связана с положением дел в российской науке.

Российской научной среде традиционно не хватает денег и кадров. По подсчетам исследователей из Высшей школы экономики, расходы федерального бюджета на науку в последние годы существенно снизились: если сравнить 2015 и 2018 годы, разница превышает 17%. Доля расходов государства на науку у нас вдвое меньше, чем у Китая, втрое – чем у Японии. В то время как, например, во Франции число ученых за последние 10 лет выросло на 22%, а в Южной Корее — в полтора раза, в России оно снизилось на 9%.

На мой взгляд, проблема не только и не столько в бюджетном финансировании. Сегодня в России 70% средств, которые выделяются на науку, идут из бюджета, и только 30% – инвестиции коммерческих структур. Эти показатели должны быть более сбалансированными. Бизнесу следует активнее инвестировать в научные изыскания, опираясь на опыт целого ряда зарубежных стран. К примеру, с помощью фондов целевого капитала – эндаументов. Пока во всех российских эндаументах сосредоточено порядка 25 млрд рублей. Для сравнения: объем эндаумента Гарвардского университета — 32 млрд долларов.

Расходы федерального бюджета на науку в последние годы существенно снизились: между 2015 и 2018 годами разница превышает 17%

Речь идет отнюдь не о социальной нагрузке на бизнес – крупные компании сами заинтересованы в научных исследованиях. Сегодня российский бизнес пока только мониторит, а не определяет глобальные технологические тренды. Изменить ситуацию поможет сотрудничество с наукой.

Например, ключевые ценности для любой финансовой цифровой компании — ID клиента и информация о нем. Ей необходимо не только обрабатывать, но и защищать данные. Соответственно, в числе направлений деятельности, развитию которых могут помочь ученые, – квантовые вычисления, квантовое шифрование, биометрия. Квантовые компьютеры позволят обрабатывать колоссальные объемы информации с огромной скоростью. А квантовое шифрование и новые методы биометрической аутентификации обеспечат новый уровень защиты данных от злоумышленников.

Я убежден в том, что, во-первых, наша наука обладает мощнейшим потенциалом, чтобы помочь бизнесу решить подобные задачи. А во-вторых – что их решение окажет самое положительное воздействие на экономику страны в целом и на каждого конкретного россиянина.

Подписывайтесь на наши группы, чтобы быть в курсе событий отрасли.

Читайте в этом номере:


Перейти к началу страницы

Подпишитесь на новости индустрии

Нажимая на кнопку "подписаться", вы соглашаетесь с


политикой обработки персональных данных